Мистика в космосе культуры

Робертсона о том, что «…прасунские кафиры имели репутацию людей настолько слабых и трусливых, что окружающие позволяли себе вымогать у них дары и даже заставляли их регулярно платить дань <…> Прасунцы переносили все это терпеливо – днем осторожно и с покорностью, ночами отходя под защиту своих укрепленных селений. Лишь зимой, когда закрывались перевалы, можно было передвигаться по Прасуну без опасений».[226 - Йеттмар К. Религии Гнндукуша. М.: Наука, 1986. С.46.]

Выдвигая различные версии о появления такой ситуации, Йеттмар закономерно пришел к выводу о том, что прасунцы – пришлое племя, родословная которого окутана мифами и легендами.

Исследователь размышлял: «Общераспространенное пренебрежительное отношение к прасунцам, и возможно, также и ощущение того, что они – люди чуждые и злые, нашли выражение во всевозможных историях об их подозрительном происхождении. Так, например, рассказывают, что они – потомки семи демонов, которых пощадили те, кто по распоряжению богов истребил всю эту нечисть. По другому рассказу, бытующему у кафиров- кати долины Башгал, прасунцы ведут свое начало от демона, сотоварищ которого стал родоначальником кати- «рабов».

И далее он недоумевает: «Как объяснить этот удивительный синдром: презрение, сопровождающееся постоянными упреками в трусости, затем представление о связи с демонами и, наконец, роль религиозного центра?».[227 - Йеттмар, Религии Гиндукуша, с 48.]

Попробуем предложить свое решение проблемы на основе нашей концепции.

Для нас совершенно очевидно, что племя прасунцев – пришлое, с некой солидной предысторией развития до появления в долине Прасун.

Йеттмар отмечал: «…мужчины- прасунцы, очевидно, занимались земледелием еще до принятия ислама. <…> у них существовала „земля богов“, на которую женщины не смели ступать, а, следовательно, и возделывать ее должны были мужчины. Вероятно, это обстоятельство усилило предубежденное отношение к ним со стороны других племен».

[228 - Йеттмар, Религии Гиндукуша, с.46.]

Судя по основным признакам нынешнего этнокультурного состояния, прасунцы находятся в мемориальной фазе своего развития: пассивные, существующие в гармонии с природой, поддерживающие традиционный быт, установившие более-менее устойчивые отношения с ближайшими племенами. Если исходить из хронометрических рамок этногенеза средней продолжительности, то племя прасунцев может насчитывать до тысячи лет.