Избранные труды (сборник)

 Трайнин, – что наличие объекта для состава этих преступлений не требуется или требуется в меньшей степени, а, напротив, именно потому, что наличие объектов (ущерб советской торговле – при спекуляции, ущерб социалистическому правосудию – при постановлении неправосудного приговора и социалистическому правопорядку – при хулиганстве) в этих случаях настолько бесспорно и очевидно, что не нуждается в особом исследовании и установлении»[91 - А. Н. Трайнин. Общее учение о составе преступления, М., 1957, стр. 153.

].

Это свидетельствует о том, что, во-первых, диспозиция статьи обычно бывает уже, чем конструкция состава преступления, во-вторых, элементы, которые не названы в диспозиции и потому не подлежат специальному доказыванию судом, не теряют от этого качеств обязательных элементов составов преступлений. Суд немедленно обращается к специальному доказыванию этих обязательных элементов, как только у него возникнут сомнения в правильности квалификации деяния. Так, суд должен специально установить объект преступления хулиганства, когда совершенное лицом деяние схоже с телесным повреждением или покупка и перепродажа товаров напоминает не спекуляцию, а нарушение правил торговли.

Преступное последствие, подобно объекту и вине, также далеко не всегда описано в диспозиции соответствующей статьи уголовного кодекса. Специально доказывается оно при квалификации деяния лишь при наличии прямого указания на него в законе. В остальных же случаях преступное последствие настолько тесно примыкает к самому действию, так неразрывно с ним связано и так очевидно, что для квалификации деяния достаточно доказать наличие оконченного действия и объекта преступления, как и наличие ущерба становится само собой разумеющимся.

В одних преступлениях результат наступает сразу же вслед за действием, так что между ними нет разрыва ни во времени, ни в пространстве. В других преступлениях такой разрыв есть. Например, при убийстве недостаточно произвести действие – спустить курок ружья.

Необходимо еще, чтобы пуля попала в жертву и причинила ей смертельное ранение. А это связано со многими привходящими факторами, которые подчас не зависят от самого субъекта. Отсюда частые на практике случаи покушения на убийство. И, напротив, в телесных повреждениях, оскорблении, клевете, дезертирстве, диверсии и пр. нет разрыва между действием и наступлением преступного ущерба. В конце действия обычно неизбежно следует результат.