Битва королей

Два глаза, четыре, восемь, двенадцать… целая стая.

Один зверь вышел из-за деревьев и уставился на нее, оскалив зубы. В голове у нее не осталось ни одной мысли, кроме как о том, какой она была дурой и как будет злорадствовать Пирожок, когда утром найдут ее обглоданный труп. Но волк повернулся и затрусил обратно во тьму, а глаза в тот же миг исчезли. Вся дрожа, Арья завязала штаны и пошла на далекий шаркающий звук, к лагерю и к Йорену.

– Волки, – прошептала она, забравшись к нему в повозку. – Там, в лесу.

– Понятное дело, – сказал он, не глядя на нее.

– Они меня напугали.

– Да ну? – Он сплюнул. – А говорят, ваша порода с волками запанибрата.

– Нимерия была лютоволчица. – Арья обхватила себя руками. – Это другое дело. И потом она убежала. Мы с Джори бросали в нее камнями, пока она не отстала, иначе королева приказала бы ее убить. – Ей грустно было вспоминать об этом. – Могу поспорить: будь она в городе, она не дала бы им отрубить отцу голову.

– У мальчика-сироты отца нет – забыла? – Кислолист окрашивал слюну в красный свет, и казалось, что у Йорена изо рта идет кровь.

 – Нам надо бояться только тех волков, что ходят на двух ногах, – тех, что спалили ту деревню.

– Я домой хочу, – жалобно сказала Арья. Она очень старалась быть храброй, свирепой, как росомаха, и все такое, но в конце-то концов она всего лишь маленькая девочка.

Черный брат оторвал от кипы еще пучок кислолиста и сунул в рот.

– Надо было мне оставить тебя там, где взял, мальчик. Всех вас.

В городе, сдается мне, безопаснее.

– Мне все равно. Я хочу домой.

– Вот уж скоро тридцать лет, как я вожу людей к Стене. – Слюна пузырилась у Йорена на губах, как кровавая пена. – И за все это время потерял только троих. Один старик помер от лихорадки, парня ужалила змея, покуда он облегчался, да один дурак хотел убить меня во сне и получил нож в горло за свои хлопоты. – Он провел кинжалом вдоль собственного горла, чтобы показать ей. – Трое за тридцать лет. – Он выплюнул свою жвачку.

 – Наверно, надо было сесть на корабль. Так, конечно, по пути больше никого не соберешь, зато оно умнее… только я уже тридцать лет путешествую по этому тракту. – Он спрятал кинжал в ножны. – Иди спать, мальчик, – слышишь?

Она попыталась, но, лежа под тонким одеялом, все время слышала волчий вой… и еще один звук, более слабый, изредка долетающий с ветром и похожий на человеческие крики.

Давос

В утреннем воздухе стоял дым горящих богов.