Свидетельства бывших алкоголиков

Были ли люди, которые узнавали, что она была в алкогольной зависимости и это их отдаляло от нее? Для меня это был самый страшный страх, если кто-то узнает про это. Это стыд и срам! Вы что, я же такая красавица и умница!

Не знаю, почему я так о себе думала, но так было. Поэтому было очень удивительно, когда мне вдруг говорили: “Ксюш, обалдеть!” Вся моя жизнь прям обрубилась. И это тоже проявление Бога. Он мне сказал: “Ксюш, хватит цепляться за свои телефонные контакты!”

Я там сидела все время и писала, типа: “улю-лю-лю, друзья, я скоро приеду!” А сама с трясущимися руками.

И я его просто потеряла. Все эти телефоны я растеряла. Было жалко, но я уже точно, тогда уже, поняла, что все.

Поэтому все люди, которых я встречала, были в шоке. Они мне говорили: “и ты жива?!” В большинстве случаев они думали, что я умерла. И очень много людей думало так.

Потеряла ли она все свое прежнее окружение? Я так скажу: это еще тогда началось, на последних месяцах моего пребывания в Дубае, я вдруг поняла, что мне очень тяжело и начала обращаться к своим подругам.

Я тогда считала их прям такими очень близкими подругами. Ты что, мы же 17 лет вместе!

Но у меня не осталось никого. Причем я думала, что это они от меня отказались. А по факту оказалось, что это я от них отказалась, потому что мне было страшно и стыдно предстать в таком некрасивом обличии.

У меня не осталось к ним никакого чувства обиды, типа: “а что ты от меня отказалась?!” Нет.

Я только сейчас понимаю, что вся ответственность лежит на мне. Я правда вела себя некрасиво, но этого просто не видела. Я не видела себя со стороны. И я очень легко от людей отказывалась. Я кого-то очень сильно обижала, делала им больно. Прежде всего близких людей, конечно же. Зная все их болезненные места, я прям туда давила.

Поэтому я осталась одна тогда еще. Да, у меня был мужчина другой, который тоже со мной там носился, вечно считая, что он мне сейчас поможет чем-то там.

Но это “спасательство” не работает. Такие “спасатели”, по большому счету, убивают только зависимых людей.

И потом со мной оказалась рядом только мама. И я ее просила: “мама, мне нужна помощь какая-то, ну вообще реально! Я не знаю, что делать”.

И мне было страшно возвращаться из Дубая. У меня там остались друзья. Ну да, я с ними общалась так: ну, мальчик там. А в Москве вообще никого. Вообще. Только мама, папа и собака.