Игра престолов

Раздался громкий крик боли, и Джон освободился. Бросившись на Жабу, он повалил его спиной на скамью и, ухватив обеими руками за горло, ударил затылком об утоптанную землю.

Двое из Перстов перехватили Джона и грубо отбросили в сторону. Гренн начал бить его ногами. Джону оставалось только одно – откатываться от ударов. Их прервал грохочущий голос, прозвучавший в полутьме арсенала:

– ПРЕКРАТИТЬ! НЕМЕДЛЕННО!

Джон поднялся на ноги. Донал Нойе гневно смотрел на них.

– Для драк отведен двор, – проговорил оружейник.

 – Все ваши ссоры улаживайте снаружи, или я приму их на свой счет. Вам это не понравится.

Жаба сидел на полу, ощупывая затылок. На пальцах его оказалась кровь.

– Он пытался убить меня.

– Верно, я видел это, – вставил один из насильников.

– Он перебил мне руку, – вновь проговорил Гренн.

Оружейник уделил руке самый короткий взгляд.

– Синяк, быть может, ушиб. Мейстер Эйемон даст тебе мазь. Ступай с ним, Тоддер, покажи голову. А все остальные по своим местам. Кроме тебя, Сноу.

Останься.

Когда все остальные вышли, Джон тяжело опустился на длинную деревянную скамью, забыв о взглядах, которые молчаливо сулили будущую компенсацию. Рука его пульсировала от боли.

– Дозор нуждается в каждом человеке, которого может получить, – проговорил Донал Нойе, когда они оказались вдвоем. – Даже таком, как Тоддер! Ты не заслужишь никаких почестей, если убьешь его.

Джон гневно вспыхнул.

– Он сказал, что моя мать…

– …шлюха. Я слыхал. Ну и что?

– Лорд Эддард Старк не из тех людей, кто спит со шлюхами, – едким голосом проговорил Джон.

 – Его честь…

– …не помешала ему родить бастарда. Так?!

Джон похолодел от ярости.

– Могу я уйти?

– Ты уйдешь, когда я прикажу тебе.

Джон угрюмо смотрел на дымок, курящийся над жаровней, наконец Нойе взял его за подбородок грубыми пальцами, повернул голову в сторону.

– Смотри на меня, когда я разговариваю с тобой, мальчишка.

Джон поглядел. Грудь и пузо оружейника напоминали два бочонка с элем. Плосконосый, он всегда казался небритым.

Левый рукав его черной шерстяной туники был пристегнут к плечу серебряной застежкой в форме длинного меча.

– Слова не сделают твою мать шлюхой. Она останется собой, и все слова Жабы этого не изменят. А ты знаешь, что у нас на Стене есть люди, рожденные шлюхами?

Мать моя не из тех, подумал Джон. Он ничего не знал о матери, Старк не рассказывал сыну о ней. И все же она снилась ему по ночам так часто, что он почти помнил ее лицо.