Книга Мечей (сборник)

На улице человек, первым поприветствовавший Хатильду, удерживал ее сзади, прижимая руки к телу. Старуха сидела на земле, плача и причитая. Хатильда запрокидывала голову, бешено щелкая зубами и пиная голыми пятками ноги мужчины. Внезапно Тауру озарило. Пираты намеренно выпустили их замерзшими, голодными и жестокими, чтобы у них сразу были причины напасть на семьи и соседей. Не потому ли они сожгли только половину деревни? Чтобы выжившие испытали на себе ярость своих близких?

Но времени на размышления не было.

– Святая Эда! – крикнул кто-то в отдалении, а друг Роффа воскликнул: – Вы его убили! Рофф! Рофф! Он мертв! Мертв!

– Хатильда! Прекрати! Прекрати!

Но Рофф лежал на земле, вывалив язык из окровавленного рта, а Хатильда продолжала молча огрызаться, вырываться и пинаться. И в это мгновение ошеломляющего шума Таура услышала крики, удары, вопли и яростный рев с другой стороны деревни. Кто-то отчаянно дул в свисток, снова и снова. Их люди вернулись перекованными, как и предупреждал посланник короля Шрюда.

Но теперь Таура понимала, что это значит. Они действительно возьмут все, что им захочется или понадобится. И кого-то вроде Роффа остановит лишь смерть.

Жители деревни убьют ее отца. Внезапно Таура это осознала. Ее отец был сильным и упрямым человеком, самым сильным, кого она встречала. Он не остановится, пока не получит желаемое. Единственный способ не дать ему получить это – убить его.

Папа.

Где он может быть? Куда он пойдет? Свистки, крики и вопли неслись со всех сторон.

Перекованные возвращались, и эта ночь была ужасней той, когда явились пираты, которые поджигали, грабили и насиловали. То нападение потрясло деревню. Но тогда они знали, что их люди вернутся. Их страхи и надежды, павшие и воскресшие. А теперь, когда деревня только-только начала возвращаться к жизни, только принялась отстраивать дома и вытаскивать лодки на берег для ремонта, пираты ударили снова. Используя в качестве оружия их собственных близких. Используя в качестве оружия ее отца.

Где он может быть?

Она знала. Он пойдет домой.

Таура пронеслась по темным улицам. Дважды ей пришлось уворачиваться от перекованных. Она распознала их в тусклом свете, лившемся из закрытых окон. Они шагали неуклюже и закостенело, словно дивясь тому, что им вернули прежнюю жизнь. Она пробежала мимо Дженда Гриноука, который стоял на коленях и рыдал:

– А ребенок? Где наш ребенок?

Глядя на него, Таура невольно замедлила шаг.