Рыцарь Семи Королевств (сборник)

 – А все остальные, выходит, съехались лишь для того, чтобы покричать тебе «ура»?

* * *

Луна поднялась уже довольно высоко, когда Дунк направил свои стопы обратно к вязу. Эшфордский луг позади был ярко освещен факелами. Там звучали песни и смех, но Дунку было не до веселья. Он мог придумать только один способ добыть деньги. И если он потерпит поражение…

– Одна победа – вот все, что мне нужно, – сказал он вслух. – Не так уж это и много.

Старик, правда, даже и на это никогда не надеялся. Сир Арлан ни разу не ломал копья с тех пор, как принц Драконьего Камня спешил его на турнире в Штормовом Пределе много лет назад.

«Не каждый может похвалиться тем, что сломал семь копий в схватке с первейшим рыцарем Семи Королевств, – говорил старик. – На лучшее я уже не способен – значит, незачем и пытаться».

Дунк подозревал, что причиной тут скорее возраст, нежели принц Драконьего Камня, но не смел высказать это вслух. Старик берег свою гордость до последнего дня. «Но он всегда говорил, что я скор и силен, – твердил себе Дунк, – и то, что было верным для него, не закон для меня».

Он шел по тропке через высокую траву, перебирая в уме свои возможности, как вдруг увидел сквозь кусты огонек костра. Это еще что такое? Дунк, не раздумывая, выхватил меч и бросился вперед.

С ревом и бранью он выбежал на поляну – и остановился как вкопанный.

– Ты! Что ты тут делаешь?

– Рыбу жарю, – ответил нахальный мальчишка, сидящий у костра. – Хочешь?

– Но как ты сюда попал? Украл лошадь?

– Приехал в повозке человека, который привез барашков к столу лорда Эшфорда.

– Так пойди поищи себе обратную повозку. Ты мне здесь не нужен.

– Никуда я не пойду. Надоела мне эта гостиница.

– Довольно с меня твоей наглости. Сейчас перекину тебя через седло и отвезу домой.

– Тебе пришлось бы ехать до самой Королевской Гавани. Пропустишь турнир.

Королевская Гавань… На миг Дунку показалось, что мальчишка смеется над ним, но не мог же тот знать, что и Дунк оттуда родом. Еще один бедолага из Блошиного Конца – и кто упрекнет его за то, что он захотел выбраться оттуда?

Дунк почувствовал себя глупо, стоя с мечом в руке над восьмилетним сиротой.

Он убрал клинок и свирепо глянул на мальчишку, давая понять, что никаких глупостей не потерпит. Надо бы задать паршивцу хорошую трепку; но малец имел такой жалкий вид, что у Дунка рука не поднималась побить его. Огонь весело трещал, обложенный камнями, лошади были вычищены, одежда сохла над костром на ветке вяза.