Танец с драконами

Одно плечо много выше другого, сидит над своей миской, как стервятник над падалью. Глаза серые, жадные, зубы желтые, раздвоенная борода серебрится, на пятнистой лысине осталось всего несколько белых прядок. Богатый плащ серой шерсти оторочен черным соболем и застегнут на плече выкованной из серебра звездой.

Сам Рамси одет в черное с розовым. Черные сапоги, черный пояс и ножны, черный кожаный колет поверх розового бархатного дублета с прорезями из темно-красного атласа. В правом ухе гранатовая серьга в виде капли крови.

Красиво одет, но собой все равно урод. Кость широкая, плечи сутулые, мясистый – с годами начнет жиреть. Кожа розовая, со следами от прыщей, нос широк, рот мал, волосы длинные и сухие, губы толстые, но первым делом все замечают его глаза. Рамси унаследовал их от лорда-отца – маленькие, близко посаженные, почти бесцветные. Призрачно-серые, как выражаются некоторые, а на самом деле белесые, как две грязные льдинки.

При виде Вонючки он растянул мокрые губы в улыбке.

– А вот и мой тухлый дружок.

Вонючка с детства при мне, – объяснил он соседям слева и справа. – Мой лорд-отец подарил мне его в знак любви.

Лорды переглянулись.

– Мы слышали, что ваш слуга погиб от руки Старков, – заметил ломаный.

– Железные Люди сказали бы, что мертвое не умирает – оно лишь восстает вновь, сильнее и крепче прежнего. Так и Вонючка. Разит от него, конечно, как из могилы, в этом вы правы.

– Разит нечистотами и блевотиной. – Горбун бросил кость, которую грыз, и вытер руки о скатерть.

 – Непременно нужно приводить его сюда, пока мы трапезничаем?

Второй лорд, в кольчуге, оглядел Вонючку кремнистыми очами и сказал горбуну:

– Посмотрите как следует. Он поседел и сбросил не меньше трех стоунов, но сразу видно, что он не слуга. Неужели не узнаёте?

– Воспитанник Старка всегда улыбался, – фыркнул горбун.

– Теперь он улыбается реже, утратив некоторое количество своих белых зубов, – вставил лорд Рамси.

– Лучше бы сразу перерезали ему глотку, – сказал кольчужный.

 – С собаки, которая бросается на хозяина, остается только шкуру содрать.

– С него и содрали… местами.

– Да, милорд. Я вел себя дурно, милорд. Дерзко и… – Вонючка облизнул губы, вспоминая, в чем он еще провинился. «Служи и повинуйся, тогда он оставит тебя в живых, и ты сохранишь те части тела, которые еще уцелели. И помни, как тебя звать. Вонючка, Вонючка, рифма липучка».

– У тебя кровь на губах – опять пальцы грыз?

– Нет, милорд. Нет, клянусь вам.