Дорога мертвеца. Руками гнева

Никто из этих двоих не привлекал плакальщиков – хотя Нату нашлось чем их оплатить. Парни вроде них больше привлекают мух.

Мерц прикинул, что лучше завернуть Нолана в старую простыню и положить в простой сосновый гроб. А с утречка зарыть, пока он совсем не протух и не выпер за стенки. На дешевых похоронах такое разок случилось. Он засунул старого Крайдера в гроб без бальзамирования и продержал так ночь. На другой день на погребении – июльский денек выдался жаркий – говнюк раздулся, как кит. В тот раз удача Мерцу не изменила, и тело не выдавило боковины гроба, пока родственники не разошлись.

Вонь стояла, как от бочонка тухлой рыбы. Мерц и могильщики свалили труп в яму и побыстрее закидали.

Нолан, ясное дело, уже пованивал. И довольно мерзко.

Мерц обошел вокруг тела. Уродливый hombre. Хотя бы грязь из пустой глазницы выковырять.

Да. Назвался груздем – полезай в кузов. Остается раздеть его, обложить льдом и оставить до утра. Двое могильщиков подряжены. Управиться недолго, а после – похороны Ната, где удастся срубить деньжат.

Пусть до Ната никому нет дела. А иные будут только рады.

Мерц выкрутил фитиль у лампы над плитой, прошел Нолану в ноги, повернулся спиной, ухватился за один кучерский сапог и потянул.

Снятый сапог он поставил рядом с собой. Нет, размер не годился.

Он взялся за второй и потянул. Тот не хотел слезать.

– Ну давай, сукин кот!

Нолан сел на своей плите. Грязь посыпалась из глазницы и с волос.

Мерц перестал тянуть.

По затылку пробежал озноб.

От другой плиты, где лежал обряженный Нат, донесся шорох. Покосившись в ту сторону, он разглядел в дымчатом свете лампы, как Нат слезает с плиты.

«Мальчишки балуют», – подумал Мерц.

И в этот миг заметил севшего за спиной Нолана.

Он бросил сапог и развернулся.

И Нолан его сцапал.

Глава седьмая

(1)

В темноте лаборатории Дока сосуды с частями игрока стали подрагивать.

Сгнившая плоть поползла вверх по стенкам и надавила на крышки.

В других задребезжали кости. Картонная коробка, где лежала голова, задрожала.

На стенке коробки проступило пятно, затем блеснули зубы. Голова игрока прогрызала путь к свободе. В большой банке костяная рука сжала пальцы в кулак и настойчиво забарабанила в стекло.

Док сидел за столом в кабинете, разложив сбоку несколько стопок книг и раскрыв перед собой одну из них. Разорванные на полоски листки записной книжки торчали тут и там в качестве закладок.