Дорога мертвеца. Руками гнева

Девочка Миньон спала, положив голову ей на колени. Лулу, по соседству, прямо кипела от злости.

Он бросил на нее косой взгляд. От гнева ее лицо стало в один тон с волосами.

– Ну, ты у нас крутой, – сказала Лулу.

Игрок уставился себе под ноги.

Нолан спрятал кольт и засунул в рот сигару. Достав часы-луковицу, он щелчком открыл их. Чиркнул спичкой и посмотрел время. Вздохнув, убрал часы и глянул в направлении, куда удалился Джейк.

Там было тихо.

– Что бы ему не поссать на воле, как нормальному мужику, – сказал Нолан.

И закурил сигару.

Джейк стряхнул росу со своего бутона и стал застегивать штаны.

Развернувшись назад к дилижансу, он увидел свисающую с соседнего дерева веревку. Прежде ее вроде не было, но сейчас веревка отчетливо проступала в ярком лунном свете. Джейк шагнул ближе и потянул. Это была умело завязанная петля висельника. Кто-то здесь болтался, и, судя по крови на петле, подсохшей, но не запекшейся, совсем недавно. Может, вчера или прошлой ночью.

Он скользнул рукой по веревке и почувствовал жжение в ладони.

– Ах-х-х.

Отдернув руку, он пососал ранку.

Едва Джейк отступил в сторону, нечто вроде громадного паука скакнуло на веревку с соседней ветки и спустилось туда, где кровь впиталась в пеньку. Паучье отродье жадно присосалось к свежему пятну. Оно стало меняться. Раздувшись, свалилось с веревки, свернулось на земле клубком – и вновь изменилось. Когда трансформации завершились, оно быстро метнулось в лес.

Джейк ничего не заметил. Он продолжал идти, и, когда просвет уже замаячил в нескольких шагах и он практически вынырнул из леса на дорогу, выросшая как из-под земли тень заслонила ему дорогу.

Джейк раскрыл рот, чтобы крикнуть, но не успел.

Нолан зевнул.

Черт. Он едва не заснул. Или заснул.

Он отшвырнул потухший окурок, достал новую сигару и спички. Вытащил часы-луковицу, чиркнул спичку и поднес ее к циферблату посмотреть время.

Громадная ручища с ногтями, напоминавшими когти, схватила его, потушив спичку и раздавив часы и пальцы Нолана.

Потом настала очередь пассажиров.

II

После, в самую глухую ночную пору, когда луна целиком скрылась за темными облаками, а звезды подернулись слепой пеленой, запоздалый дилижанс из Сильвертона прикатил в Мад-Крик с кучером, закутанным в пончо и в глубоко надвинутой шляпе.

Ни один пассажир не вышел из дилижанса. И его никто не встречал.