Вавилонские книги. Книга 3. Король отверженных

– Да, да, конечно.

– А ты видел мою жену? – спросил Вил, и Сенлин смог лишь слегка покачать головой. – Газеты не отдают ей должного. Какими бы невероятными ни были ее выступления, при личном общении она еще более эффектна. Такой красавицы ты еще ни разу не встречал. Она не совершенна, но абсолютно бесподобна.

Сенлину больше всего на свете хотелось кричать.

– Кажется, у меня где-то завалялось лишнее приглашение. Сейчас. – Герцог рассеянно похлопывал себя по карманам, и его бедра прижались к низким перилам, украшенным гирляндами шелковых цветов.

Сенлин наблюдал, как его рука поднялась до середины спины герцога. Он не мог остановиться. Мгновение назад он думал, что держит себя в руках, но теперь сердце грохотало в груди, как апокалиптический зверь, несущийся на мириадах ног, увенчанный окровавленными рогами, слишком большой и дикий для маленького седока, коим был его здравый смысл. Один хороший толчок – и герцог будет повержен. Один хороший толчок – и он разобьется о трибуны, как ялик о риф.

Башне все равно, праведен человек или подл. Башня уничтожала справедливых и несправедливых с одинаковым аппетитом. Башня…

От визга петель по спине Сенлина пробежала дрожь. Он отдернул руку.

Далеко внизу, на арене, бойцы вышли из туннелей под радостные вопли трибун. Молодой Шикарный Щенок появился первым, оскалив выступающие, как у бабуина, зубы. Он шаркнул ногой, поднимая театральные клубы пыли, и торжествующе заколотил себя в грудь.

Железный Медведь вышел из неосвещенной пещеры крадучись, опустив голову.

Он потер лицо, как будто только что проснулся с приходом весны. Он был огромен, вдвое больше соперника и в два раза старше. Его плечи и руки бугрились мышцами. Он потряс огромной головой, словно пытаясь прогнать туман сна. Кончики его раздвоенной темной бороды ткнулись в сторону толпы, когда он запрокинул голову и взревел.

Сенлин сразу же узнал голос. Он много вечеров слушал лающий смех этого человека за вином и улитками в кафе «Риссо» в Купальнях.

Джон Тарру нырнул и поймал Шикарного Щенка за лодыжки, а затем тряхнул им, словно испачканным в песке полотенцем.

Глава девятая

Не надо отпиливать себе руку, чтобы накормить собаку. У человека всего две руки, а мир полон собак.

    Орен Робинсон из «Ежедневной грезы»

Сенлин поспешно извинился перед герцогом за то, что ему стало не по себе от алкоголя, и пообещал полностью поправиться к вечеру.