Вавилонские книги. Книга 3. Король отверженных

Впереди рельсы уходили вверх под углом, поддерживаемые эстакадой, отчего казалось, что они свободно висят в воздухе. Путь шел вверх, вокруг центральной колонны, спиралью уходя из поля зрения.

Колонну украшал фриз, изображавший постройку Башни, уровень за уровнем: подгонку блоков, закладку фундаментов, резьбу. Тусклые электрические лампочки заливали все вокруг оранжевым светом. Основание повозки зацепилось за невидимые механизмы в рельсах, и они двинулись по изгибающимся спиралью путям со скоростью пешехода.

Мария пристально смотрела на него. Он не мог понять ее взгляда, и она не дала ему много времени на раздумья. Это уязвимое, неуверенное выражение было таким же недолгим, как и подмигивание. Ее губы сжались в строгую линию. Их поцелуй вдруг показался чем-то очень давним.

– Я думала, ты уже вернулся домой.

Он повернулся к ней, одной рукой держась за поручень впереди, а другой – за спинку сиденья. Он как будто широко раскинул руки, умоляя о помощи.

– Нет, я не мог… конечно, не мог… я весь прошлый год искал тебя.

Мария изучала его лицо, возможно сначала пытаясь найти в нем искренность, но потом стало ясно, что она обнаруживает каждую новую морщину, шрам, похожий на розовую нить, который рассекал его подбородок, покрывшие кожу пятна от солнца. Пудра и румяна подчеркивали контуры ее лица, хотя это казалось совершенно излишним: красота Марии просвечивала сквозь макияж.

– Ты выглядишь очень… хорошо. Как твои дела? – спросил он.

Сердце требовало сказать еще что-нибудь, но он боялся, что комплименты только разрушат ее счастье.

– Со мной все в порядке. Я была очень занята. Я… готовлюсь к новому концертному сезону.

Она никогда раньше не разговаривала с ним так официально, даже в классе. От холодного тона он прижал руки к телу и отвернулся. Колонна, вокруг которой ехала тележка, была инкрустирована светящимися стержнями, расположенными через равные промежутки.

– Почему ты здесь, Том? – спросила она.

Сам факт, что она задала этот вопрос, казалось, был единственным ответом, в котором он нуждался. И все же он зашел так далеко, что должен был говорить от чистого сердца.

– Я пришел, чтобы спасти тебя. Если ты нуждаешься в спасении.

Смех Марии, казалось, удивил ее саму. Она прикрыла рот ладонью и виновато покачала головой. Когда она заговорила, то стала чуть более похожа на себя прежнюю.