Вечный Странник. Часть I: Дорога к себе. Книга 1: Элемент – фундамент / научная фантастика

Так неожиданно понял и улыбнулся, с облегчением согласился – это подходит. Теперь останавливаться нигде нельзя, пока ни найдёт для себя что-нибудь бесконечно ценное. Которое собой сможет определять ему – что дальше должен делать. И дилемма исчезла.

Показалось – мигнуло, но внутри возникло движение. Будто что-то важное понял и принципиальное решил для себя. Ещё ничего не осознавая, машинально всё же дополнил – «Только когда и если появится своя тема». И дилемма напомнила о себе, определившись предупреждением.

Спонтанно экспромтом тихо вслух закончил навеянную ветерком фразу:

– Иначе навсегда никем и ничем можно остаться на месте.

Осознавая, в недоумении остановился – о чём это. Фраза не его, и будто обсудил с кем-то, но понравилась непонятной ёмкостью каждого слова. В её контексте оценил ситуацию. Ещё никуда не собрался. Зайти можно и на обратном пути, не сейчас и не завтра …, и только присесть – отдохнуть и подумать. … И если в главном определится. А для этого не хватает цели и стимула.

…

Ветерок раз за разом наскакивает и проветривает настроение, обволакивая, навязывает знакомое философское осмысление. … Не может вспомнить подходящую формулировку, фразу, где мог слышать или прочитать подходящее. … Вспоминая и уже проходя мимо кафе, отметил – непривычно медленно шёл, чтоб успеть до кафе разобраться в себе.…

Уже на набережной, устал, но не физически. Лозунги – хорошо, но куда по ним следовать? Как все просто жить, по инерции – уже неприемлемо. Осмотрелся, где б наконец-то присесть, и торопливо уточнил – исключительно как на привале.

Каждая скамейка занята не полностью, но именно так, чтоб не хотелось присесть. Потянуло на соседнюю параллельную аллею.

Двое мужчин лет 40—50, будто специально для него держат свободной больше половины одинокой скамейки. Ноги отказываются идти дальше, присел на свободный край передохнуть, и неожиданно расслабился, почувствовав желанный комфорт. Будто спрятался в укромном месте, в себе, и это ощущение заинтересовало.

Не удержался, окинул их беглым взглядом. Сидят, как в ожидании официального мероприятия – степенно и расслаблено, источают доброжелательность.

Ближний мужчина внешне очень обычный, даже житейский. Но во внутренней свободе чувствуется твёрдая самоуверенность именно в нём. Так понял и смутился, вспомнил соответствующую аналитику из какого-то романа. Такое присуще привыкшим доминировать во всём, за ними невольно признаётся право определять допустимое и возможное.