Я иду искать

Я знала, ей не терпится поговорить о прекрасной Лили Барт на пути к роковой гибели, но час уже почти прошёл, а мы не добрались даже до вопросов.

Ру подливала и подливала, подзадоривала женщин, и они уже начали перебивать друг друга – все внезапно стали пираньями, и пантерами, и павлинами. Единственным павлином среди нас можно было назвать лишь Тейт Бонакко с её пухлыми губами и, по мнению Шарлотты, накачанными сиськами. Да и то павлином из зоопарка.

Все мы, по правде говоря, были домашними зверюшками, кроме Ру. Она своё тотемное животное не назвала, но я подумала – оно явно дикое, скорее всего, хищник.

Вино было допито, и Ру, вернувшись к бару, приготовила коктейли с таким видом, будто это был её дом, хотя продолжать нам явно не стоило – разговор стал громким и грубым, все старались перекричать друг друга, слова размывались, и я порадовалась, что все наши спальни на втором этаже. Оливер легко просыпался, а Дэвис терпеть не мог пьянства.

Ру вернулась, когда подошла моя очередь. Протянула мне коктейль, и я поразилась её наблюдательности.

Я ненавижу вино. Даже его кислый запах. Обычно пью джин с тоником, но и то лишь первый бокал. В последующих от джина одно название. Уэй-один стакан, называл меня Дэвис.

Я отхлебнула немного. Напиток освежал и пах соснами, холодный и до того крепкий, что, проглотив, я словно ощутила солнечный удар. Допивать не буду, решила я, хоть и вкусно. Ру украсила коктейль свежим лаймом, я ощутила на языке его сладость. Но, будучи преданной подругой Шарлотты, сказала:

– Мне кажется, я дикобраз.

Колючий дикобраз, который хочет обсудить «Дом Мирта». Может, мы уже…

– Мы почти закончили, – ответила Ру, лениво отмахнувшись от меня. К моему удивлению, меня это уязвило. Она комментировала все решения, помогала каждой женщине выбрать приятное для неё животное. Со мной вышло иначе. Я была совсем не похожа на дикобраза, но она признала его моим животным, хотя я сказала это просто для смеха. Она повернулась к Шарлотте.

– Твоё имя я, конечно, знаю, но вот животное никак не могу угадать.

– Я тоже дикобраз, – отрезала Шарлотта и плотно сжала губы.

Ру обвела глазами Шарлотту, остановила взгляд на животе, который лишь недавно стал чуть больше, чем после плотного ланча.

– Мне кажется, вот Кенга, – сказала Ру и хитро улыбнулась мне. Как будто рассказала шутку, понятную лишь нам обоим. И мне стало приятно оттого, что я избранная. Я это ощутила. Не буду отрицать – действительно ощутила. Рот сам собой расплылся в улыбке.