Тринадцать

– О, кое-с кем я здесь знакома, – заявила она. Она встряхнула головой, взмахнув идеально кудрявыми, идеально растрёпанными волосами. – Я знаю Лукаса. – Она указала на мальчика.

Все повернулись.

– Мы с Лукасом… очень хорошие друзья.

И то, как она сказала «очень хорошие друзья», немного ритмично и хихикнув в конце, заставило живот Лукаса сжаться.

– Если вы не возражаете, миссис Уоллес, – обратилась Селеста к учительнице, – я сяду с ним.

Затем она прошла вдоль ряда и скользнула за пустующую парту рядом с мальчиком.

– Привет, Лукас, – медленно сказала она. Она улыбнулась и заправила выбившуюся прядь растрёпанных чёрных волос за ухо.

– Что ж, – сказала миссис Уоллес. – Разве это не здорово.

* * *

Мысли Лукаса метались.

Как это возможно?

Это была Идеальная девчонка. И её действительно звали Селеста. И каким-то образом она знала его. Она знала его имя. И она сказала всем, что они «очень хорошие друзья».

Но он никогда не встречался с ней.

Во всяком случае, в реальной жизни.

А теперь она сидела за соседней партой, не сводя с него глаз.

Всю алгебру она больше ничего не делала.

Пока миссис Уоллес объясняла, как разложить трёхчлены на множители, девочка пялилась на него. Когда Коул постучал по парте Селесты и представился, она не сводила с него глаз. Даже когда Дэррин Уайтсайд возился с точилкой для карандашей в дальнем конце кабинета и рассыпал повсюду карандашную стружку, она не оторвала от Лукаса взгляда. Всё это время она сидела боком за своей партой, неотрывно смотря на него, склонив голову и слегка надув губы.

Наконец прозвенел звонок, и Лукас встал. Селеста тоже встала. Он медленно пошёл к двери кабинета, и Селеста тоже последовала за ним. Он протиснулся в переполненный коридор, и она держалась рядом с ним, меньше, чем в метре от него.

А затем, как будто она делала это тысячу раз прежде, она потянулась и взяла мальчика за руку.

И не отпускала.

Воздух в коридоре раскалился.

Люди толкали друг друга локтями и шептались.

– Это девушка Лукаса, – услышал он чьи-то слова.

Мальчик почувствовал, как на лбу выступили капли пота.

– Это будет так здорово, – говорила Селеста, пока они шли по коридору, её голос по-прежнему был ровным и медленным. – Ты и я, в одной школе.

Она посмотрела на него. Казалось, она так спокойна. Её рука была прохладной и сухой, а не липкой и влажной, как у него.

Какая-то часть его хотела наслаждаться этим.