Иллюзия нашей войны. Книга первая. Острые фразы

Достаю из шкафчика вторую униформу для танцев и быстро натягиваю короткие шорты с топом. И в конце, конечно же, надеваю маску. До сих пор ума не приложу, как мистер Бенсон разрешил нам ее надевать. Обычно он не любит что-то менять в своем баре, но после моего предложения немного разнообразить танцы, включив в них наличие масок, он задумался. Правда, поначалу он не подержал мою идею, но после небольшого давления со стороны танцующих девчонок, он все же сдался. Так и вправду было намного проще. Никто из посетителей не мог догадаться, что за девушка прятался под маской.

Хоть стыдиться было нечего, но все же мало кто хотел проблем, поэтому маска была идеальным вариантом.

Лица в зале менялись одни за другими. Я не особо контролировала время, но ребята из колледжа все еще продолжали сидеть в углу зала. Я периодически следила за ними, опасаясь их внимания. Конечно, они вряд ли бы меня узнали, но все же лишняя бдительность не помешает. Заиграла одна из моих любимых песен. Закрываю глаза, старалась абстрагироваться и просто наслаждаюсь приятным звучанием.

Кто-то толкает меня в лодыжку, от чего я распахиваю глаза. Внизу стоял один из охранников бара. Он что-то говорит, но я не могу разобрать ни слова. Он указывает в сторону приватных комнат и ко мне наконец доходит в чем дело. Скотт подает мне руку, помогая слезть с небольшой танцевальной площадки, и называет номер комнаты. Прошу его быть неподалеку в случаи чего, на что парень одобрительно кивает, провожая меня к дверям комнаты.

Я не любила, когда клиенты заказывали приватные танцы, особенно с моим участием. Правда, зачастую платили неплохие чаевые. В этом не было ничего вульгарного. Просто танец перед клиентом один на один, без лишних глаз. Обычно он длился до десяти минут, не более. Смущала лишь обстановка, ведь в комнате мы были одни. Согласно правил для приватных комнат, клиенты обязаны придерживаться несколько условий. Они не имели права прикасаться к танцующим девушкам и даже заводить беседу. Иногда некоторые неадекватные клиенты все же переходили черту и часто распускали руки, за что платили немалые штрафы.

У двери стояла охрана, поэтому я была спокойной.

В комнате приглушен свет, но даже при таком освещении мне удается рассмотреть холодный, как лед, светло-зеленый оттенок глаз. Руки непроизвольно начинают трястись. Он знает? Или делает вид, что не узнал? Дьявол сидел в расслабленной позе, не сводя с меня пристального взгляда. Пытаюсь взять себя в руки.