Великая Отечественная война. Начальная школа

отношения между Советским Союзом и Германией выглядели вполне добрососедскими: СССР продавал Германии зерно, лён, лес, сырьё для промышленности, военные специалисты государств обменивались опытом, страны заключили пакт (договор) о ненападении… Большинство простых людей было уверено: войны не будет. И тем неожиданней оказалось сообщение о её начале 22 июня 1941 г.

Бомбардировка, артиллерийский обстрел городов и военных аэродромов в западных (приграничных) областях страны начались в 4 часа утра.

И почти сразу, одновременно в разных местах, германские войска пересекли границу. Двинулись они с территории трёх государств: Германии, Румынии, Финляндии.

Первый приказ наши военные получили уже в 7 часов утра: ударить авиацией по немецкой территории, Финляндию и Румынию не бомбить, сухопутным войскам границу не переходить. В первые часы войны наши бойцы сбили 76 вражеских самолётов.

В полдень по радио выступил заместитель председателя правительства СССР В.

 М. Молотов и объявил: это война.

За первые три недели гитлеровские войска заняли всю Прибалтику, Белоруссию, значительную часть Украины и Молдавии. В сутки враги проходили от 15 до 30 км – это много даже для турпохода, а уж для войны…

Наши войска несли огромные потери. Меньше чем за полтора месяца погибло почти 450 тыс. человек, ещё более 200 тыс. было ранено. Только в первый день прямо на аэродромах враг уничтожил около 1200 наших самолётов (всего их у нас было почти 9 тыс.

). Из-за нехватки горючего танки (а их скоро осталось около половины) приходилось взрывать самим танкистам, чтобы они не достались гитлеровцам.

Пришедшая на Родину беда стала неожиданной для большинства мирных жителей, далёких от армии и политики. Но на самом деле война зрела давно и обе стороны к ней готовились.

К 22 июня 1941 г. на советско-германской границе собралось огромное количество войск. С немецкой стороны – около 4,3 млн человек (а всего напасть на СССР были готовы около 5,5 млн), с советской – более 3 млн, что составляло больше половины всей армии страны.

Советские разведчики задолго до 22 июня сообщали руководству страны о возможном нападении гитлеровцев, однако информацию не воспринимали всерьёз: считалось, что это провокация. Больше всего мы боялись сделать что-нибудь такое, из-за чего враги могли развязать войну, а потом сказать: «Сами виноваты, вы первые начали».