Дни, когда я плакала

Мы оба поворачиваемся к нему, ошарашенные. – Я не знаю, что происходит между вами двумя, но с тех пор как мы начали работать вместе, у нас тут сплошная драма, – он тычет пальцем в список фильмов. – После урока можете хоть головы друг другу пооткусывать, мне пофиг, но пока мы тут, не могли бы вы, пожалуйста, сконцентрироваться? – последние слова он шипит, словно мамочка, отчитывающая своего четырехлетку за непослушание.

Картер трет ладонью лоб и вздыхает. Потом бросает взгляд на меня, приподняв брови, будто бессловесно спрашивая, готова ли я вести себя хорошо, будто это я тут главная проблема.

И этим еще больше выводит меня из себя. И что я должна делать? Забыть, что моя жизнь рушится прямо у меня на глазах?

Воздух влетает и вылетает у меня из ноздрей, не достигая легких. Я так зла и безутешна, что уже снова чувствую покалывание в слезных протоках. Не имея при себе дневника, куда можно записать причины, почему я так расстроена, не могу избавиться от ощущения, что вот-вот взорвусь.

– Это ты потерял мой дневник, – слова срываются с моих губ прежде, чем я успеваю их остановить.

 – Это из-за тебя какой-то псих получил доступ ко всем моим личным спискам. А ты не можешь даже за это извиниться! Теперь все знают о Колумбийском университете. Теперь кто-то шантажирует меня, чтобы я рассказала всё родителям. И, может, это кто-то и не ты, но если это не ты, я и понятия не имею, с чего начать выяснять, кто это на самом деле. Так что я обвиняю тебя, потому что не знаю, что мне еще делать. Вся моя жизнь катится к чертям…

– Прости, – говорит Картер.

Я умолкаю, ошарашенная. Погодите, что?

– Ты права, это я потерял твой дневник. Ничего бы из этого не случилось, если бы он остался у тебя, – он опускает взгляд и вздыхает. – Боже! – ?потом он бросает взгляд на Одена, прежде чем перевести его на меня. – Давай я помогу тебе его найти? Тогда ты наконец убедишься, что это не я, и мы сможем покончить с этим делом.

Я захлопываю рот, ошеломленная тем, что открыто высказалась.

Но еще больше меня поразило, что Картер и правда извинился. Я прижимаю руки к парте, не желая признавать, как сильно мне хочется, чтобы он мне помог, какое облегчение я испытала бы.

Он протягивает руку, заставая меня врасплох.

– Договорились? – спрашивает он.

Я взвешиваю все за и против, прикусив нижнюю губу. Мне нужна его помощь, а если он и есть мой шантажист? Полагаю, у меня нет причин не сотрудничать с ним, даже если я его подозреваю.