Убежище страсти

А на что еще тратить время? Он не хотел иметь семью и не играл в гольф.

Джонас часто размышлял, стал бы он таким целеустремленным, не получи он жесткого воспитания. Дед и отец сызмальства готовили его к бизнес-карьере. Оба считали, что именно пятому Холстеду суждено возвести семейную империю на вершину успеха. Отец и дед за ним пристально наблюдали: за любой успех хвалили, за неудачи нещадно критиковали, отсутствие рвения вызывало гнев. Джек поощрял независимость взглядов и поступков, достижение цели любой ценой.

Отец Джонаса, Лейн, не верил в чувства и эмоции, используя их в качестве инструмента для высмеивания, а порой и унижения сына. Так, Джонас с детства научился держать чувства при себе.

Джек задавал еще какие-то вопросы, и Джонас оторвался от своих мыслей, вернувшись в действительность. Незачем ворошить прошлое. Технически Джек был его боссом, поэтому надо сосредоточиться. Положению Джонаса ничто не угрожало. Под его руководством компания вошла в новое столетие с отличными показателями – акции и прибыли показывали устойчивый рост.

Он носит имя Холстед, но пока не владеет компанией. Это дело времени.

Откинувшись в кресле, Джек попросил внука налить кофе. Престон за последние полчаса не вымолвил ни слова. Интересно все-таки, зачем он здесь? Престон бросил на него беспокойный взгляд, и Джонас понял, что скоро все узнает. И новость ему не понравится.

Что же замышляет его дед?

Джек задумчиво смотрел на океан. Наконец перевел взгляд на внука и сказал:

– Я решил переписать завещание.

У Джонаса екнуло сердце. Опять, черт побери. Они проходили через эту процедуру примерно раз в пять лет. В соответствии с последним завещанием Джонас наследовал дедову долю в компании, а отец – значительную страховую премию и многочисленную собственность Джека, за исключением этого особняка.

– Этот особняк и мои активы станут твоими.

Хорошо. Иначе к чему его каторжный труд по шестнадцать часов в день в течение последних десяти лет.

– Спасибо, – сдержанно поблагодарил Джонас, зная, что именно такой ответ устраивал Джека.

– Но… – продолжил Джек, – только в том случае, если ты женишься в ближайшие три месяца.

Что, черт возьми, происходит?

Джонасу стоило неимоверных усилий не грохнуть кулаком по столу, потребовав объяснений. Что за бредовое заявление? Ему так и хотелось спросить у деда, не спятил ли он. Но он только крепче сжал в руках чашку с кофе.

– Это адово требование, Джек, – притворно-мягким тоном сказал Джонас.