Святая Русь против варварской Европы

Привычка сделала их нечувствительными к усталости… Удивительнее всего было видеть, как отроки и малые дети, сыновья высших государственных сановников, часами стоят с непокрытой головой, ни одним движением не выдавая своего нетерпения».

Но хватало и других проблем, реальных, а не мнимых. Наряду с официальной, существовала и толща «народной» религии. Где сохранялись, например, следы древнего язычества – в виде всевозможных колядок, святочных гаданий, маслениц, купальских игрищ, хороводов. Чаще всего о языческих истоках давно было забыто, и эти обряды стали вполне безобидными.

Наоборот, они разнообразили и делали более яркой народную жизнь. Однако субстраты древних дохристианских учений просачивались и в литературу, ходили по Руси в рукописных изданиях, разносились «каликами перехожими». Кое-где в глуши возникали и секты. Распространение они получили позже, в XVIII в., когда западное «просвещение» нарушило духовное единство общества, и люди ударились в самостоятельное богоискательство. Но в виде неких «зародышей» они уже существовали. Была, скажем, секта подрешетников, предшественников «хлыстов», чьи обряды во многом повторяли древние мистерии «великой матери» с экстатическими радениями, отождествлением Бога с «красным солнышком», а Богородицы с «матерью сырой землей». Издревле ведет свою родословную и секта скопцов, тоже близкая языческим культам. Каким-то образом уцелела на Руси и раннехристианская ересь монтанистов, осужденная еще во II в. и допускавшая путь к спасению через самоистязание и добровольное мученичество. Возникали и мрачные учения, близкие манихейству, где материальный мир признавался творением нечистого и призывалось к разрушению всего плотского. Скажем, в 1630-х некий старец Капитон вел проповедь «самоуморения».

Посторонние веяния проникали и из-за рубежа. Еще в XV в. нашумело дело о «ереси жидовствующих», которую занес в Новгород «жидовин именем Схария» с тремя каббалистами. А к XVII в. контакты с иностранцами стали куда более широкими.

И какие-то заграничные влияния были неизбежными. Не всегда еретические, но вносившие неясности и разноголосицу в духовную жизнь. Например, новгородские и псковские мастера начали писать иконы «фряжского письма», перенимая традиции западной живописи. В таких условиях сохранение религиозной чистоты и единства приобретало особую важность. Но существовали трудности и другого порядка. Богослужебная литература долгое время была рукописной.