Последние войны

Крышку с бутылки аккуратно снимали, так чтобы не повредить ее, обычно чуть разогревая на огне, чтобы она немного расширилась, выливали воду, вместо нее – заливали водку, а после возвращали крышку на прежнее место, она остывала, становилась меньше и следы проведенной операции – исчезали. Конечно, жидкости различались по плотности, по своим характеристикам и, скорее всего, даже при внимательном визуальном осмотре можно было найти те бутылки, где перевозилась водка. Но это при дневном свете найти различия не трудно, а поди сделай это ночью, при свете звезд, да и не были уверены афганцы, что русские обязательно должны везти водку.

Уладив все формальности, заполучив разрешение на въезд в страну, караван двинулся дальше – теперь уже на местных машинах. Надо заметить, что это были ни какие-то развалюхи, а два внедорожника десятилетней давности в очень приличном состоянии: Тойота «Ленд-Крузер» и маленький грузовичок «Митсубиши», с кузовом, где, обычно, перевозят навоз, скот и прочий сельскохозяйственный скарб.

Грузовичок для этих целей, похоже, не использовался, иначе в кузове остались бы следы от пребывания в нем животных и стойкий запах нечистот. Сергей увидел лишь в углу кузова подозрительное темное пятно, очень похожее на лужу засохшей крови. Вряд ли у кого-то от качки пошла носом кровь. Внедорожники пилотировали люди, внешне мало, чем отличимые от пограничников, вот только оружия у них не было, по крайней мере, не было заметно, что у них есть оружие. Не будь у них груза, они все уместились бы в одной машине.

– Сколько стоит от переправы до Хаджи Багаутдина доехать? – спросил Сергей у водителя.

– Дусат доллар, – ответил тот.

Сергей и без перевода понял, что это двести – сумма непомерная. Афганцы за любую свою услугу заламывали слишком много, и сбивать можно было не то, что вдвое, как это обычно на базаре случается, когда торгуешься за приглянувшийся сувенир, а раза в четыре. Водитель, вероятно, думал, что имеет дело с людьми, которые абсолютно не знают расценок, не знают – какое расстояние до Хаджи Багаутдина, да и привыкли они уже к тому, что американцы сорят своими деньгами на право и налево, будто это ничего не стоящие бумажки.

Русские к долларам относились более бережно, к тому же Сергей знал примерны цены.

– С одного человека? – спросил Сергей.

– Нет, – сказал водитель, – одна машина. В нее человека четыре влезут.

– Нет, не пойдет, – покачал он головой, – дусат – много.