Рекордсмен

Андрей веселился, соревнуясь с подружкой – кто ж ловчее проглотит это угощение. Тронгад очень помогал справиться с волнением, которое всегда охватывает новичков перед первым, а то и перед вторым включением.

Андрей не помнил какие на Ганопусе суточные. Ему их сразу пересчитали в местную валюту и перевели на счет арендованного тела. Денег вполне хватало, чтобы накупить гору тронгада, а ведь по местным меркам угощение это считалось не из дешевых. Расплачивался Андрей, прикладывая хобот к бачку с тронгадом.

Деньги списывались со счета, видимо, по отпечаткам. Со стороны казалось, он уже так набрался, что с этим бачком целуется.

«А что, может стоит здесь еще остаться на немного? Посмотреть все. Когда я здесь еще окажусь? – спрашивал он себя, пока продюсер что-то ему объяснял, и тут же отвечал. – Никогда. Да и когда меня опять куда-нибудь отправят?»

– Тогда свяжемся перед эфиром, – толдонил продюсер. – Связь проверим.

– Ага, – вновь сказал Андрей. Когда продюсер оставил его в покое, он продолжил разговор с Крислой; – контора звонила.

– А я думала, ты сам с собой разговариваешь, –  прыснула со смеху Крисла, – подумала, что у тебя раздвоение личности, а вместо фестиваля, тебя к врачу надо. Но нам уже на стадион пора.

Из глубин памяти, тем временем, всплывали отрывочные сведения о трабунеках и фестивале точно они перемещались по пространству медленнее, чем Андрей и вот только сейчас его нагнали. Таким образом, отставшая информация могла до него долететь, когда в ней уже отпадет надобность или он повстречает ее на обратном пути.

Лучше обо всем разузнать у Крислы. Андрей решил, что успеет расспросить ее по дороге.

Идея оказалась не самой удачной. Чтобы не мешать другим проплывающим, им пришлось держаться не рядом, а друг за дружкой. Причем стоило Андрею подплыть чуть поближе, иначе он ничего не слышал, что говорила ему Крисла, как в лицо ему била ее выхлопная струя. Запах у нее был специфическим. Не сказать, что неприятным, но все ж Андрей предпочел держаться от нее на некотором удалении.

Рассматривая раскрашенный зад подружки, он поймал себя на мысли, что картина эта ему нравится. Он старался не отстать от нее и не затеряться среди других ганопусцев, которых становилось все больше и больше по мере того, как они приближались к стадиону. Стоит ли говорить, что в такой обстановке не то что поговорить, а даже перекинуться парой фраз было проблематично.