Блуждающий в темноте

Зачем родственникам Лиззи Мур убивать единственного человека, который знает, где похоронена их дочь?

Я потряс головой, проясняя мысли:

– От кого исходит угроза?

– От твоего старого приятеля, но, боюсь, большего сказать не могу. – В улыбке Паррса отразилась чистая злоба. – Ты же сам отказываешься участвовать в расследовании.

– Я думал, у меня есть выбор.

– Есть. Либо ты делаешь то, что тебе говорят, либо тебя выкапывают по частям в мусорных мешках. Ты ведь из-за этого старого приятеля так стремишься вернуться в ночную смену и снова скрываться, так что прими тот факт, что это он выкинул такой трюк.

– Все возможно.

– Спрашиваю еще раз. Интересует дело?

В поисках альтернативного ответа я глянул на край площадки.

– Послушай, все предельно просто, – продолжал Паррс. – Старший инспектор Джеймс со своими людьми вкатят валун в гору. Твоя же задача – изучить букашек под ним. Предстоит непростая, неблагодарная и, скорее всего, грубая работа, в результате которой у кого-то может слететь голова с плеч.

Нужен кто-то, без кого мы можем прожить, – и уж поверь, такой человек сейчас передо мной. Вот так обстоят дела. Это твой распоследний шанс.

– Спасибо за возможность, сэр. Это постоянное или временное назначение?

Паррс улыбнулся:

– Посмотри, где стоишь, сынок. Жизнь и есть временное назначение. Проверим, сколько сможешь продержаться? Считай это возможностью реабилитироваться и постарайся протянуть подольше, а не то в такой ситуации частенько помирают. Угоди мне, и это дело станет спасательным кругом в твоей жизни.

Я не поверил ему ни на секунду.

«Спасательные круги» суперинтенданта имели странную привычку душить тонущего, и ко всем была привязана веревка. Только в конце становится понятно, к успеху тебя ведут или к поражению, а общую картину замысла узреть не дано. Он вынуждал меня нарушать закон, чтобы выжить, и угрожал арестом. А после обязательно демонстрировал всем, насколько я вывалялся в грязи, и компрометировал теми поступками, которые сам же вынудил совершить.

Он мастерски клепал изгоев, и только после нескольких тяжелых дел я понял, что он всегда появляется в тот момент, когда я уже иду ко дну. Заставляет поверить, что он – моя единственная надежда, кидает мне свой знаменитый «спасательный круг» и оттаскивает еще дальше от берега.

Нет уж, я не попадусь на эту удочку снова.

Как только он упомянул угрозу жизни, мой мозг лихорадочно заработал. Просчитывая варианты. Стратегии отступления и возможности побега.