Верь мне

Я

Послушайте, это не в моих правилах, но у меня был действительно дерьмовый вечер, и мне не помешала бы компания. Может, останетесь и позволите мне угостить вас выпивкой?

Патрик снова улыбается, и в уголках его глаз появляются морщинки.

Патрик

Я бы с удовольствием. Однако я женат.

Я

О, я не это имела в виду…

Патрик уже уходит. Он бросает через плечо:

Патрик

Знаю, но все именно так. В отличие от Бодлера, я предпочитаю одну и ту же, свою Венеру. Было приятно познакомиться.

Затем, словно разговаривая сам с собой, он произносит что-то по-французски.

Патрик

Тебя б я мог любить – ты это поняла![8 - Бодлер Ш. Прохожей.]

Я

Что это значит? Эй, может, мы могли бы…

Ничего, черт возьми. Я стою и смотрю вслед Патрику, все еще держа в руке книгу стихов. Понимаю, что впервые с тех пор, как я начала работать на Генри, мне дали от ворот поворот.

10

– В принципе, наверное, это хорошие новости, – говорю я без обиняков.

В любом случае, хорошие новости для его жены. Мне все еще неприятно.

Мы вернулись в номер Стеллы Фоглер. Странно, но эта новость, кажется, взволновала женщину еще больше.

– Верен! – Она стонет и заламывает руки. – Я ведь должна была догадаться, что это не сработает. О боже! Боже!

– Что вы имеете в виду? – озадаченно спрашиваю я.

Все происходит в спешке.

– Я подумала – вдруг я все-таки смогу найти какие-то его свидетельства неверности.

Что?

Я растерянно смотрю на Генри, но он отводит взгляд.

– Он понял, что это была уловка, – Стелла поворачивается к Генри. – Она не подходила для этого. Вместо этой девушки должна была быть темнокожая. Они… – Стелла Фоглер останавливается.

– Черная Венера, – медленно произношу я. – Патрик говорил об этом.

– Он никогда об этом не говорит, – резко замечает клиентка и снова обращается к Генри: – Я знала, что это ошибка.

Я начинаю злиться. И не только потому, что эта женщина ведет себя так, будто я виновата. Только сейчас я поняла, что вся эта попытка обольщения была полной противоположностью тому, как я себе это представляла.

– Послушайте, большинство неврастенических сучек, ради которых я это все делаю, посчитали бы себя более чем везучими, – сердито говорю я. – Ваш муж не приставал ко мне, и поверьте – это впервые.