Вампирески. Книга 2. Продолжение кровавого праздника

Почему он стоял как часовой на ветру?

– Вы тоже бросили ему вызов лично, я предполагаю? – сказал Генри.

– Да, будь он проклят! Я ходил туда вчера ночью.

– И я тоже.

– Мне кажется, – сказал Маршдел, – что все было сделано одновременно, но это как-то необычно и странно, как минимум.

– Видите ли, – сказал Чиллингворт, – сэр Френсис Варни был готов драться с обоими, и с Генри, и с адмиралом, как он нам сказал.

– Да, – сказал Джек, – он сказал, что будет драться с обоими, если он будет в состоянии драться со вторым после первого.

– Это было все, что требовалось, – сказал адмирал. – Мы большего и не ожидали.

– Но потом он хотел драться с вами без секунданта; но, безусловно, я не согласился на такое предложение. Ответственность была очень большой. Это бы ставило в неравные условия стороны на дуэли.

– Правильно, – сказал Генри, – это неподходяще, очень неподходяще.

– Очень, – сказал адмирал, – очень. Что это за жуликоватая тварь, во всей стране нет негодяя, который бы мог сравниться с ним.

– Я думал, что было бы жаль испортить все дело, – сказал Джек Прингл. – Было бы жалко, если бы было испорчено благое намерение, и я пообещал этому вампуку, что если он собирается драться, то вы могли бы быть его секундантом, и вы бы ему подошли.

– Что ты сказал? Кто? Я? – произнес адмирал в недоумении.

– Да, это правда, – сказал мистер Чиллингворт. – Мистер Прингл сказал, что вы согласитесь, а потом он дал слово, что вы будете его секундантом на дуэли.

– Да, – сказал Джек.

– Очень хорошо, – сказал адмирал. – Я бы хотел, конечно, чтобы мистер Генри Баннерворт был его секундантом; я думаю, что я должен был драться первым.

– Нет, – сказал Джек, – потому что мистер Чиллингворт пришел туда первым, первым пришел, первым обслужен, вы знаете.

– Хорошо, хорошо, я не должен жаловаться на удачу другого человека; моя еще впереди; но лучше будет так, чем вообще ничего не будет; я буду секундантом сэра Фрэнсиса Варни; он получит честную игру, потому что я адмирал; но, разрази меня гром, он будет драться, да, да, он будет драться.

– Я пришел к тому же выводу, – сказал Генри, – я хочу, чтобы он дрался; я позабочусь о том, чтобы он меня тихо не убрал.

– Есть одна вещь, – заметил Маршдел, – которую я хотел предложить.