Само совершенство

Окончательно растерявшись, сбитый с толку ее непредсказуемыми реакциями, Зак с резкостью, которая была явно излишней, спросил:

– Я сказал что-то смешное?

Джулия покачала головой и ответила:

– Так говорят почти все те, кто старше меня.

Зак не знал, причислила ли она его к старшему поколению потому, что он действительно выглядел как мастодонт, или она так тонко подшутила над его неуместными замечаниями по поводу ее возраста и внешности. Зак продолжал думать над разгадкой этой дилеммы, и когда она спросила его, чем он зарабатывает на жизнь, он ответил первое, что пришло ему в голову и вполне соотносилось с тем, что он уже успел ей о себе рассказать.

– Я строитель.

– Неужели? У меня брат строитель, он – главный подрядчик. И какую именно работу вы выполняете?

Зак не знал и того, какой стороной молотка следует гвозди забивать, и теперь он горько сожалел о том, что не ответил более уклончиво или, что было бы еще лучше, не оставил ее вопрос без ответа.

– Делаю стены, – туманно сказал он.

Джулия повернулась к нему, перестав смотреть на дорогу, и это не на шутку встревожило Зака.

– Стены? – озадаченно повторила она. – Нет, – пояснила она, решив, что он ее не так понял, – я хотела спросить, какая у вас специальность?

– Я же вам ответил. Стены! – отрезал Зак, начиная злиться на себя за то, что завел этот дурацкий разговор. – Я делаю стены.

Джулия решила, что, должно быть, неправильно поняла его в первый раз.

– Вы каменщик! Вы делаете кладку?

– Ну да.

– В таком случае я удивлена, что у вас проблема с поиском работы. Хорошие каменщики обычно весьма востребованы.

– Я плохой каменщик, – без обиняков заявил Зак, давая понять, что не хочет продолжать этот разговор.

Джулия подавила смешок, глядя прямо перед собой на дорогу. Ее пассажир был весьма необычным человеком. Она не могла решить, нравится он ей или нет. Она не могла избавиться от навязчивого ощущения, что он ей кого-то напоминает. Если бы только он снял свои очки. В зеркале заднего вида пропала панорама города, и небо над трассой грозно насупилось, сделавшись серым.

Надвигались сумерки. В салоне автомобиля повисло молчание, снег крупными хлопьями прилипал к ветровому стеклу, «дворники» едва справлялись. По краям, за полумесяцами выметенного «дворниками» пространства стекло было все в налипшем снегу. Они успели проехать около получаса, когда Зак посмотрел в зеркало заднего вида со своей стороны, и у него в жилах застыла кровь.