Рай

Сердце, казалось, на миг перестало биться, она застыла, потом рванулась прочь, и рука Мэтта упала.

– Я… – начала она, но тут что-то остановило ее. Мередит с приглушенным стоном наклонилась и поцеловала Мэтта, с силой прижавшись губами к его губам, и его руки снова обвились вокруг ее плеч, притягивая ее все ближе, сжимая стальной хваткой.

Он быстро опрокинул ее на спину, обжигая безумными поцелуями, и волшебство вспыхнуло снова, совсем как полтора месяца назад, только на этот раз совершенно по-другому, потому что горело жарче, свиваясь в буйный сладостный вихрь.

Вихрь, который теперь значил гораздо больше для них обоих.

Когда все кончилось, Мередит повернулась на бок, обмякшая, насытившаяся, удовлетворенная, влажная от пота, чувствуя, как тесно соприкасаются их ноги и бедра. Его рука лениво скользнула по плечу и остановилась на ее груди, властно сжав нежное полушарие. Перед тем как погрузиться в пропасть сна, Мередит еще успела подумать, что он дает ей знать, как сильно желает ее присутствия здесь, предъявляет права, о которых не просил и которых она не давала.

Как похоже на Мэтта!

Она так и заснула улыбаясь.

– Хорошо спала? – спросила Джули на следующее утро, стоя у кухонного стола и намазывая маслом тост.

– Прекрасно, – ответила Мередит, отчаянно пытаясь не выглядеть так, словно провела эту ночь, занимаясь любовью с братом Джули. – Хочешь, я помогу готовить завтрак?

– Ни за что. Па всю эту неделю работает в две смены, с трех дня до семи утра. Когда он приходит домой, ничего не желает, кроме как поесть и выспаться.

Я уже приготовила ему завтрак. Мэтт никогда ничего не ест по утрам. Хочешь отнести ему кофе? Я обычно приношу его перед тем, как зазвонит будильник, а именно, – она взглянула на пластмассовые кухонные часы в виде чайника, – через десять минут.

Обрадованная тем, что может сделать что-то для Мэтта, Мередит кивнула и, налив кофе в кружку, нерешительно протянула руку к сахарнице.

– Он пьет только черный кофе, – пояснила Джули улыбаясь.

 – Кстати, по утрам он ведет себя, как настоящий медведь, так что не жди радостного приветствия.

– Правда? – нахмурилась Мередит, не зная, что делать.

– Он не злится, просто молчит.

Джули оказалась отчасти права. Когда Мередит, постучавшись, вошла, Мэтт перекатился на спину, тупо уставившись в потолок и явно не понимая, на каком он свете. Единственным приветствием послужила легкая благодарная улыбка. Громко вздохнув, Мэтт сел и потянулся за кружкой.