Рай

Слева, наблюдая за порядком, стоял красивый молодой человек лет восемнадцати, гордо именовавшийся, если верить газете, «Паркером Рейнолдсом III, сыном мистера и миссис Рейнолдс из Кенилуорта».

Мередит беспристрастно сравнивала себя с остальными девочками в одеяниях эльфов, удивляясь, каким образом все они умудряются выглядеть изящными и грациозными, а она…

– Мешок с мукой! – объявила девочка, болезненно морщась. – Я похожа не на эльфа, а на тролля!

Какая ужасная несправедливость в том, что остальные, которым только исполнилось четырнадцать, всего на несколько несчастных недель старше Мередит, кажутся такими великолепно взрослыми, тогда как она смотрится плоскогрудым троллем со скобками на зубах!

Взгляд девочки снова упал на снимок, и она в который раз пожалела, что внезапный порыв тщеславия заставил ее снять очки – без них Мередит имела малопривлекательную привычку щуриться, совсем как на этой ужасной фотографии.

– Контактные линзы, несомненно, помогли бы, – предположила Мередит.

Она посмотрела на Паркера, и мечтательная улыбка осветила лицо.

Девочка порывисто прижала газетную вырезку к груди… то есть к тому месту, где должны были находиться груди, которых не было. Пока. И вероятно, при существующем положении вообще не будет.

Дверь спальни открылась, и Мередит поспешно отдернула от сердца руку с зажатой в ней вырезкой при виде солидной шестидесятилетней экономки, явившейся, чтобы забрать поднос с остатками ужина.

– Вы совсем не притронулись к десерту, – упрекнула миссис Эллис.

– Я и без того толстая, миссис Эллис, – вздохнула Мередит и в доказательство сползла со старинной кровати и подошла к зеркалу над туалетным столиком. – Взгляните на меня, – продолжала она, с видом обвинителя указывая на свое отражение. – Даже талии нет!

– Детский жирок, только и всего. Подрастете – все исчезнет.

– И бедер тоже незаметно. Я выгляжу ходячим шкафом. Неудивительно, что у меня нет друзей…

Миссис Эллис, работавшая у Бенкрофтов меньше года, удивленно подняла брови:

– Нет друзей? Но почему?

Мередит, отчаянно нуждавшаяся в человеке, которому можно было излить душу, призналась:

– Я только притворялась, что в школе все хорошо.

На самом деле там ужасно. Я… просто белая ворона и всегда была белой вороной.

– Не может этого быть! Скорее всего с детьми в вашей школе что-то неладно…

– Дело не в них, а во мне, но я собираюсь все исправить. Сажусь на диету и хочу что-нибудь сделать с волосами. Они отвратительно выглядят.