Рай

Лежи без сна, тревожась, мучаясь, совсем так, как заставил страдать меня восемнадцать лет назад.

Филип стиснул зубы с такой силой, что побелевшие скулы выступили буграми, но усилием воли удержался от ответа. Мередит отвела глаза от противников и посмотрела на сыновей Шарлотты. Лицо Джейсона было словно отражением материнского – такое же злобно-торжествующее. Джоел, уставясь в пол, хмурился.

– Джоел – слабак, – сказал когда-то Мередит отец. – Шарлотта и Джейсон – алчные барракуды, но по крайней мере мы хотя бы знаем, чего от них ожидать.

От младшего же мальчишки, Джоела, мурашки по коже бегут – в нем есть что-то странное.

Словно почувствовав, что Мередит смотрит на него, Джоел поднял глаза, стараясь выглядеть при этом как можно более безучастным. Он не выглядел странным, и в нем, по мнению Мередит, не было ничего угрожающего. По правде говоря, во время последней встречи он выходил из себя, чтобы ей угодить. Тогда Мередит жалела его, потому что мать открыто предпочитала Джейсона, а тот, хотя и был года на два старше брата, не испытывал к нему ничего, кроме презрения.

И неожиданно Мередит почувствовала, что не может больше выносить угнетающей атмосферы этой комнаты.

– Прошу извинить меня, – сказала она адвокату, раскладывавшему на столе какие-то документы, – я подожду за дверями, пока вы закончите.

– Но вы должны подписать эти бумаги, мисс Бенкрофт.

– Подпишу позже, перед вашим уходом, когда отец их прочтет.

Вместо того чтобы подняться наверх, Мередит решила выйти во двор.

Становилось темно, и она медленно сошла с крыльца, чувствуя, как холодный ветерок леденит щеки. За спиной открылась дверь, и девушка обернулась, думая, что адвокат хочет позвать ее, но это оказался Джоел, застывший на полпути, так же как она, испуганный этой встречей. Молодой человек колебался, словно хотел остаться, но не был уверен в дружеском приеме.

Мередит с детства вбивали в голову, что необходимо быть вежливой с гостями, и поэтому она попыталась улыбнуться:

– Правда, здесь хорошо?

Джоел кивнул, принимая невысказанное приглашение присоединиться к ней, и спустился с крыльца.

В двадцать три года он был на несколько дюймов ниже младшего брата и не так привлекателен, как Джейсон. Джоел стоял, глядя на нее, словно не зная, что сказать.

– Вы изменились, – наконец выдавил он.

– По-видимому, да. В последний раз мы виделись, когда мне было одиннадцать лет.