Восемь дней осени

– Впрочем, что может быть безопасней, чем беседа в утренние часы в сердце Сент-Джеймсского парка? – согласился Лэсли и тут же дополнил это глубокомысленным замечанием. – Если хочешь что-то спрятать, оставь у всех на виду.

Опытный, умудрённый жизнью человек, обладающий к тому же целой россыпью полезных связей, Лэсли безусловно чувствовал себя особым элементом в тайной сети советской агентуры, и Джеймс старался не разрушать эту конструкцию, всячески подыгрывая подобному тону.

Успевший как следует осмотреть живописные окрестности осеннего парка, Лэсли неспешно заложил ногу за ногу, готовясь к долгому разговору, на который никак не был настроен ещё несколько минут назад, и, поморщив лоб, принялся рассуждать:

– Дело господина Смолина… ну конечно, смерть чиновника в столь высокой должности, к тому же действующего работника дипмиссии – это всегда событие чрезвычайной важности.

Джеймс задумчиво потёр подбородок.

– Вы знаете о нём только из газет?

Лэсли самоуверенно хмыкнул.

– Какая разница, откуда поступает информация, мистер Колдбери, главное – чтобы она соответствовала реальности или, по крайней мере, той её части, из которой впоследствии можно будет сделать правильные выводы. Впрочем, вы правы: самоубийство фигур подобного ранга, так или иначе, рождает поводы для разговоров – неважно, обоснованны они или нет.

– А вы считаете, такие разговоры беспочвенны? – поинтересовался Джеймс.

– Ну почему же? Вовсе нет. По поводу Смолова… что ж, не могу утверждать со стопроцентной уверенностью, что наша разведка вплотную занималась именно им, – как вы понимаете, подобной информации у меня нет и быть не может, – однако точно могу подтвердить, что определённый интерес они всё же проявляли.

– В чём он выражался?

– Ну знаете, такая лёгкая форма обкатки. Вполне стандартная форма для работы с сотрудниками дипмиссий. Да, в общем, вам не хуже меня должно быть известно, как это происходит. Как я уже говорил, детали мне неизвестны.

– Ну хорошо, – не настаивал Джеймс. – А как вам кажется, насколько они преуспели в этом отношении?

– Думаю, что не очень, – буркнул Лэсли после недолгих раздумий. – С мистером Смоловым достаточно было пообщаться всего пару минут, чтобы понять, что это тёртый калач. Настоящий патриот, убеждённый в том, что если и есть на свете райское место, то только лишь в одной точке пространства – и это его родина! Такому человеку решительно трудно что-либо предложить взамен.