Что ты скажешь на это, Митч?

Стыдно признаться в том, что она всё ещё сохнет по другу своего брата. Они о многом говорили, о парнях, девушках, о происходящем в мире, политике и фильмах – о многом. Но она так и не нашла слов, чтобы рассказать о том, что было. Мигель лишь знал, что Шона она давно знает из-за брата, но он всегда лишь посмеивался над ней. Над соплячкой и плоскогрудкой. Может, её смог бы защитить Мигель? Ему она доверяла не меньше, чем брату, когда он был рядом. Неужели она нашла ему замену? Потенциально нуждалась в сильном плече, потому что сама… слабая и жалкая.

– Да, я в порядке, – Митч делает шаг вперёд, отчётливо ощущая, как длинные пальцы Шона проводят по её бедру и ягодицам, слегка приподнимая юбку.

Вспыхивает как спичка. Быстро, опаляя пальцы. Это невозможно, невозможно терпеть и играть по подобным правилам – Шон всегда её обыгрывает. Что словом, что делом. Через клетчатую ткань юбки едва ли можно все прочувствовать, но внутри разгорелось пламя, которое нужно потушить, иначе Митч натворил дел.

Совершенно не то, что сделала бы она, не будь заведённой. Если она обернется к Шону, даст понять, что ей не все равно. Даже если это так, ему необязательно подобное знать.

– И кто из вас шалопаев будет первый в очереди? – Все трое молчат. Андреа смотрит на Мигеля, он – на Митч. А она на спину Шона, он не дожидается их ответа и заходил после стука в кабинет ректора.

– Не нравится мне он, – Мигель опускается на колено перед Митч, касаясь её разодранных коленей губами.

Не остывшее пламя внутри снова опаляет все внутренности. На Мигеля она никогда не смотрела подобным взглядом – глупости всё это, он играет свою роль. Но Митч не позволяет себе продолжить, коснуться его плеча или волос, здесь никого нет, кроме Андреа, а она и так всё понимает.

– Мигель, отец тебя прибьёт. – Андреа складывает руки перед собой, поворачиваясь к окну. Если Митч и не интересовалась его семьей и их взаимоотношениями, то теперь в этом есть резон – на секунду Мигель напрягается.

Это она угадывает безошибочно. – Дела наших семей отчасти завязаны и на наших отношениях, я тебе напоминаю.

Андреа встаёт с мягкого дивана, делая шаг к Митч и Мигелю. Каблуки громко стучат по плитке.

– Я позволю тебе исправить собственную глупость сейчас, пока нет лишних свидетелей. Если мы выйдем отсюда порознь, пеняй на себя. Тебе эта девка в постели не нужна, думаешь, я слепая? Если выбор стоит между нами, очевидно, кого ты должен выбрать.