Отцы

Пружинистой походкой голодного бабуина Кирилл в три шага достиг розовой двери с нелепыми красными узорами. Справа на сером дверном косяке было написано карандашом 223. Одинокий оголенный провод торчал из стены надеждой на скорую установку звонка. Черты лица преподавателя немецкого языка обострились, взгляд впился в дверной глазок.

Кирилл вдолбил в дверь пять монотонных ударов кулаком. Ребро ладони запульсировало тысячами иголок на удивление приятной боли, которая адреналином расползлась с кровью по артериям руки и затем дальше по всему телу.

Олег мягко, но настойчиво положил руку на плечо Кирилла и отодвинул его на метр от двери. Одновременно в его правой руке появился выкидной нож. Глаза друзей встретились. Олег схватил сопли временной проводки, свисающей над дверью, и коротким движением перерезал провод. Свет в холле погас.

– Кто? – раздался из-за двери настороженный и вызывающий юношеский бас.

Олег жестом остановил открывшего было рот Кирилла.

– Это ваши соседи снизу.

Вы нас заливаете, – с по-бабски визгливыми интонациями заголосил он.

Замок щелкнул. Яркий свет отрывающимся веером заполнил холл.

В дверном проеме стоял высокий молодой человек с голым торсом в голубых рваных джинсах, над которыми торчала широкая резинка брендовых трусов.

– Ты Никита? – спросил Олег.

– Ну да. И что?

Олег сократил дистанцию и резким апперкотом пробил в печень.

Мокрые русые волосы залепили правую сторону искаженного лица. Гуттаперчево изогнувшись, Никита приземлился аккурат поперек коридора.

Удивленно выпученные глаза хрипящего хозяина квартиры беспомощно смотрели, как через его холеное тело деловито переступил ударивший его незнакомец. Вслед за ним показался отец Оли, и пазл в голове ошеломленного молодого человека сложился. Кирилл немного замешкался перед распростертым на полу Никитой, но все же перешагнул через него и вошел в квартиру.

Олег прошел прямо по коридору и остановился у большой арки.

– Она здесь.

Не зная, что его там ждет, но не в силах оставаться на месте, с колотящимся сердцем Кирилл ворвался в комнату.

Он лихорадочно оглядывал всё вокруг, пока не остановил взгляд на своей дочери, сидящей под пледом на диване перед работающим телевизором.

От неожиданности Оля вскочила, пытаясь удержать плед, но тот предательски соскользнул к ее ногам. Оставшись в одной майке, явно принадлежащей Никите, девушка в растерянности дернула край своей единственной одежды вниз.