Отцы

Простите, я не хотел…

Никита опустил голову и разрыдался, совсем как ребенок. Вся мажорскрая спесь слетела с этого голого паренька так легко, что Кирилл подумал, какие же они всё-таки еще дети. Он встал с табуретки, громыхнув ножками по полу.

Никита вздрогнул и, закрыв глаза, истошно завопил:

– Не надо, не бейте меня!

– Бог тебе судья, – спокойно сказал Кирилл.

На шум вошел Олег.

– Ну что, наговорились?

– В принципе, да. – Кирилл посмотрел на Никиту, – я не хочу видеть тебя рядом со своей дочерью.

– Ну, надеюсь, женишок, нам с тобой тоже не надо будет больше встречаться? – сказал Олег и громко скомандовал в сторону комнаты:

– Пацаны, расход.

Серёга зашел на кухню.

– Ну что, саммит завершился? Всё брат, до встречи.

Серёга с Олегом крепко обнялись.

– Давай, Кирилл, удачи, – Серёга пожал руку Кирилу и тоже обнял его, – ну, и с дочкой чтобы… всё нормально было.

– Вы тут с афтерпати не переборщите, без фанатизма, – сказал Олег и направился с Кириллом к выходу.

Бойцы втолкнули в кухню понурых Боба и Крапиву.

Серёга оглядел молодежь:

– Ну чего, подельнички, пока. Знаю, будете скучать без меня. Но у вас тут есть о чем потолковать.

Он сделал пару шагов в сторону двери, обернулся и сказал Никите:

– А на твоей машине, мажорчик, мы оставим автографы на память. Ты уж их не стирай, пожалуйста, – Серёга улыбнулся, и на его небритых щеках проступили очаровательные ямочки.

На кухне остались Никита, обнимающий батарею, и двое его друзей-товарищей.

– Видишь, чего ты натворил, – делано растопыривая пальцы, прорычал Крапива прямо в лицо Никиты. – Да он в авторитете в городе. Они нас из-под земли достанут. Чё ты нам не сказал, что за папашей твоей тёлки такие люди стоят? Нами хотел, сука, прикрыться? Мы чё тебе, бэтмены, что ли?

– А где же ваши понятия? – заорал Никита, пытаясь истошными децибелами скрыть нервную дрожь своего голоса. – Мы же типа братья, а вы обоссались и сдали меня сразу.

– Да пошел ты! Развяжи его, Крапива, пусть валит отсюда. Ты нам за этот косяк теперь по жизни должен.

Крапива взял кухонный нож и разрезал скотч. Никита встал с пола, отдирая с рук ленту, и презрительно посмотрел на недавних корешей.

– Я вам, крысы, больше ни копейки не дам.

– Беги отсюда, а то сейчас опять привяжем.

***

Чёрная Мазда, нервно повизгивая шинами, припарковалась в узкую брешь между стоящими вдоль тротуара машинами.