Народный кулинарный календарь

Затем добавить сметану, изюм, лимонную кислоту, ароматизаторы, и вымешать.

Просеять муку вместе с содой и замесить тесто – тщательно, но не долго.

Выложить в форму, разровнять поверхность и поставить в духовку.

Кекс будет готов через 50–60 минут. Если будет сильно зажариваться – накрыть бумагой для выпечки. Признак правильно испеченного кекса – трещина вдоль изделия. Готовность проверить зубочисткой. Готовому кексу дать отдохнуть в форме 10–15 минут, перевернуть на блюдо, залить глазурью и полностью остудить.

Глазурь. Сахарную пудру растереть с лимонным соком и горячей водой.

Татьянин день

Эта дата, хоть и посвящена раннехристианской мученице Татьяне, в нашей истории имеет вполне светское звучание. Дело в том, что в этот день в 1755 году императрица Елизавета Петровна подписала указ об основании Московского университета. А его покровитель и многолетний куратор Иван Шувалов возможно специально подгадал с датой своего прошения царице, выбрав для него именины свой матери Татьяны.

Так и появился на свет знаменитый праздник московского, а потом и всероссийского студенчества.

Отмечали Татьянин день в Российской империи всегда ярко и шумно. В конце XIX века в этот день университетская молодежь праздновала в самых лучших, самых роскошных ресторанах – в «Эрмитаже», в «Стрельне», у «Яра». Поначалу этот праздник прижился только в Москве, но в нём принимал участие практически весь город.

Московский фельетонист Влас Дорошевич (1865–1922) писал, что владелец ресторанной империи Иван Натрускин в этот день отказывал людям, кидавшим сотни рублей, и отдавал свой сказочный зимний сад в полное распоряжение студентам, пившим лишь пиво.

 – Но ведь у вас пальмы! Бог знает, каких денег стоит! – говорили ему. Старик улыбался: – Ничего! Будут докторами, адвокатами, – тогда заплатят!

Автор одноименного салата ресторатор Люсьен Оливье выбирал на улице какого-нибудь бедно одетого молодого человека, давал ему денег и говорил:

– Пожалуйста, подите ко мне в ресторан, спросите бутылку пива, заплатите двугривенный и дайте человеку на чай пятачок.

Кругом проедались состояния. А Оливье откуда-нибудь издали, незаметно, следил, как отнесется избалованный половой к пятачку на чай. Поклонится ли совершенно так же, как кланяется за "брошенную двадцатипятирублевку". И горе, если зазнавшийся лакей с презрением отодвигал пятачок обратно, или не удостаивал бедного студента даже взглядом.

Конец ознакомительного фрагмента.