По тонкому льду

Улыбается, потому что видит перед собой старую знакомую.

– Люси, доброе утро! – обращается он к мексиканке, склонившейся над бумагами и накручивающей тёмные волнистые волосы на полноватые пальцы. Подняв глаза, та мгновенное из серьёзного полицейского превращается всего лишь в женщину.

– Малыш Мур! А ты как будто ещё возмужал. И на отца становишься похожим с каждым годом всё больше. Рада тебя видеть, – произносит Люси, широко улыбаясь.

Лео делает то же самое, хотя ему нелегко вспоминать об отце и вести о нём разговоры.

Хотя признаёт, что Люси права. Он и сам знает, что сильно похож на отца.

– А Джон на месте?

– Куда ж этот пройдоха денется? Он уже пришёл.

– Спасибо, Люси.

– Обращайся! – отмахивается она.

Лео проходит до кабинета Джона, здороваясь с теми, кого он ещё знает. Но с каждым разом знакомых лиц становится всё меньше, а фотографий с чёрной лентой на стене всё больше. Лео сжимает челюсти, чтобы подавить нарастающую злобу.

В кабинете Лео застаёт лысеющего мужчину под пятьдесят с лишним весом и трясущимися руками.

Раньше Джон был первым по стрельбе, сейчас он старается лишний раз не покидать участок, чтобы не поймать шальную пулю.

– Джон! – радостно восклицает Лео, делая вид, что искренне рад его видеть. – Как у тебя жизнь? Как жена?

– Лео, давай ты оставишь прелюдии для своей дамы. Что на этот раз? – Джон даже не пытается быть вежливым. Впрочем, прогонять сына погибшего друга тоже не собирается.

– Мне нужна информация об одном человеке.

Джон шумно выдыхает, упираясь взглядом в пол.

Спрашивает:

– Ты же знаешь, меня могут уволить за это, но всё равно каждый раз приходишь и что-то просишь.

– Джон, это не ерунда, это очень важно. Я знаю, что прошу многого, но… В память об отце…

– Стоп-стоп, парень, опять ты используешь этот приём. Знаешь же, что я не могу отказывать в память о Доне. Он мне был как брат, это просто нечестно! – Джон как будто стареет ещё на несколько лет, вспоминая прошлое.

– Значит, ты мне как дядя, поэтому помоги.

Кажется, хорошие люди могут влипнуть в неприятности.

– Ты негодяй, Лео. Ты это знаешь?

– Знаю, Джон. Но это не меняет того факта, что мне нужна помощь.

– Хорошо, кого нужно пробить?

– Имя Ноэл, примерно лет двадцать пять… Точно до тридцати, есть татуировки, гоняет на мотоцикле.

– Слушай, ты сегодня прям надо мной издеваешься. Ещё меньше информации не мог сообщить? Хотя так-то наверное редкое имечко, погоди…

Джон вбивает имя в компьютер.