Игра на пределе чувств

Пластик замёрзнет и лопнет, придётся тратиться на новую.

– Разумно, – соглашаюсь я.

Она бросает взгляд на мою грудь и тут же возвращает к лицу. Выглядит она весьма смущённо. Чертовски круто, ведь я сразу нахожу объяснение: она девственница. Да я просто грёбаный везунчик, которого однажды засудят за совращение малолетних, только вот мысль стать первым весьма привлекательна. Никогда не был первым. Нигде.

– Тебе лучше вернуться, на дворе декабрь, – вежливо замечает она. – Заболеешь, если простоишь тут ещё минуту.

Надо бы сдвинуться, но я прирос к земле. Смотрю в её красивые глаза и размышляю, какого уровня идиотизма достиг. Следом оглядываю себя и понимаю, что стою в одних хлопчатобумажных шортах, с мурашками на руках и затвердевшими сосками. Внезапное озарение заставляет зубы стучать от холода.

Я не думал, что когда-нибудь понадобится моя помощь, ведь до сих пор она отлично справлялась самостоятельно, но втайне желал. Конечно, не планировал, что всё случится сегодня. А мысль, что сейчас на моём месте мог стоять кто-то другой и разговаривать с ней, не приводит в восторг.

Коди и Трэв увлечены, готов разве что Рэй, хоть и сомневаюсь, что ринется перебегать мне дорогу. Он засранец, но вряд ли поставит на кон нашу дружбу, если нет весомой причины.

– Согласен, – на выдохе, подтверждаю я.

Я хотел сказать совершенно другое. Например, пошутить, что в таком случае она будет готовить куриный бульон и ставить градусник вплоть до полного выздоровления.

Но страх спугнуть не позволяет ляпнуть что-то в подобном духе. Я гуляю по острию ножа.

– Ещё раз спасибо за помощь.

Она дважды сказала «спасибо».

Я дважды сказал «извини».

Мы оба полные профаны.

Я начинаю пятиться к дому спиной просто потому, что хочу что-нибудь сказать, но не могу сообразить, придумать искусственную тему для поддержки диалога, или ещё недолго посмотреть на неё, прежде чем уйду.

– Обращайся, – в итоге выдаю я.

Слышите свист рухнувшей надежды? Я прекрасно слышу.

Она робко улыбается, и я впервые за всю жизнь млею от ямочек на щеках, прежде не замечал их наличие. Они охренеть, как подходят к её милой внешности, что очаровываюсь от одного вида. Должно быть, если она улыбнётся ещё раз, упаду на колено и предложу руку, сердце и все остальные конечности в придачу. Зачем мне что-то, если сражён наповал?

К реальности возвращаюсь, когда она без затруднений снимает провод со столба в параллельном углу.