Успех лежит через твой МОЗГ

В тот вечер я сидел рядом с ним, в комнате витал запах пива, светился тусклый экран телевизора, а на полу лежал старый ковер. Я думал, а что если взять пульт, переключить, там же идет что-то интересное. Моё детское сознание не давало покоя, а рука тянулась к пульту. И в этот знаменательный вечер я решился переключить канал, взяв пульт отца. Смотря на него, как будто на сокровище, я стал давить на кнопки, но отец так и продолжал спать, заглушая храпом звук телевизора. Вдруг отец шевельнулся, и я, успев нажать еще один раз, быстро положил пульт на стол и, будто бы ничего не произошло, продолжил смотреть телевизор.

В тот момент я попал на спортивный канал. Более зрелищного на тот момент вида спорта я не видал. Толпа, которую показывали камеры со всех сторон, эта энергия и вибрация от неё. Хлоп, хлоп, хлоп… Был слышен каждый хлопок, он был как один. Музыка, которую издавали их рты, пронизывала до глубины сердца в каждом её слове.

Несмотря на то, что я видел это по телевизору, я как будто бы ощущал всю вибрацию стадиона.

Фейерверки, мишура, тысячи прожекторов и такая же куча объективов камер. И это все зажигало огонь внутри меня, я был готов хоть сейчас взлететь на ракете, чтобы оказаться там. И вдруг все затихло, свет погас, и лишь шепот был слышен сквозь темноту. Умиротворение, именно это я ощущал в тот момент, будучи еще совсем мальчуганом. Рассуждая на тему взросления, я бы всю жизнь выбрал быть ребенком. Состояние защищенности, заботы и вседозволенности было самое лучшее. Пах… Вспыхнул огонь. Пах… И снова, и снова, это был человек, который выпускал из своего рта языки пламени. Огонь забавлял меня, как бы вызывая на бой с собой. Мне всегда нравилось смотреть на него, в нём я видел страсть, рвение, безграничную силу. Пах… И снова огонь. Заиграла музыка, и свет всех прожекторов устремился лишь в одну точку. «Что же там будет, – думал я. – Может, лев», – рассуждал, исходя из последнего похода в цирк. Нет, это был он. Человек с большой буквы, он появился из темноты в красно-синем халате с капюшоном. На тот момент я еще не понимал, зачем этот взрослый дяденька вышел в домашнем халате, но мне было так интересно, что я не придавал этому значение. Он сделал уверенно шаг вперед, а затем еще один, и еще и уже взбирался по лестнице на какой-то подиум, перелезая через толстые веревки, натянутые вокруг этого подиума. Что это могло быть – я не знал. И снова резко погас свет, на стадионе затаилась тишина.