Пять шагов навстречу

Заворачиваю за угол и ненароком смотрю туда, где только что шёл этот парень, но не обнаруживаю его на горизонте. Тем лучше. Надеюсь, он действительно не извиняется и не подходит дважды.

Какой черт дёрнул проследовать за ним? Теперь чувство вины гложет ещё и меня, ведь длинный язык того парня помог довести Картера до крайней точки, если, конечно, это был его предел. Не думаю, что каждый может сорваться с цепи, когда про незнакомого человека что-то скажут. Хотя, сомневаюсь, что могу сдержаться и не защитить кого-то от беспочвенных нападок.

Конечно, не стала бы прибегать к физической расправе без нужды, но словесно дам отпор. Я делаю успехи, ведь за неделю из-за меня кто-то пострадал. Но не скрываю: приятно чувствовать себя защищённой, даже если это было не ради меня, а ради выброса эмоций.

В течение нескольких часов, перевоплощаюсь в губку и жадно впитываю все знания, которые дают профессора. Для перевода требовалась сдача разницы. Даже небольшие различия в предметах несмотря на одну и ту же программу, приводили к тому, что нагоняла и подтверждала знания, каждый чёртов раз в школе и университете.

– Ты не могла бы помочь? – шепчет женский голос, на который тут же перевожу взгляд и встречаюсь с ярко зелёными глазами с крупицами голубого.

Яркая футболка ядовито-розового цвета выделяет её из серой массы, небрежный пучок на голове из кудрявых рыжих локонов, чёрные лосины чуть ниже колен и такие же шлёпанцы. Не могу не улыбнуться, потому что ногти на руках и ногах девушки выкрашены в салатовый.

– Помочь? – разве что по стилю, но это довольно забавно. Я редко встречаю людей, которые не боятся выделяться.

– У меня села проклятая батарейка, ничего не сохранилось.

– Без проблем, – соглашаюсь я. – Могу скинуть на почту.

– Спасибо. Ненавижу эту дряхлую штуковину, лучше бы писала от руки.

– Тут ты хотя бы можешь попробовать восстановить файлы, а если утонут бумажки, плакали твои конспекты.

– Ты права. В любом случае, спасибо.

Девушка протягивает мне помятый лист, на котором написала адрес электронной почты и благодарно улыбается.

– Кортни, – представляется она, и я тут же думаю, что это плохое развитие сюжета, но невежливо грубить.

– Это имя тебе совершенно не подходит, Кортни, – тихо смеюсь, потому что так обычно зовут девчонок, которые не знают о существовании обуви на плоской подошве и о том, что спать с макияжем вовсе не обязательно. Но всё же приветливо улыбаюсь: – Трикси.

– Мне всегда так говорят, Трикси.