Наша цель

Как только на втором этаже послышался щелчок дверной ручки, темно-карие глаза брата обратились ко мне. Это дерьмово, я успел хорошенько узнать его.

– Что я делал, когда мы разошлись?

– Что за тупой вопрос, ты сам помнишь.

– Я делал всё, чтобы её вернуть, идиот, мне было плевать на всё. Я был готов разорвать контракт или пойти против соглашения ради неё. Я всё отдам за неё, потому что она и есть моя жизнь.

– Не путай, Джаред, у нас разные ситуации. Ты сам просрал её по своей же невнимательности.

– Ты сам знаешь, что меня поставили перед фактом. Суть в том, что я вернул её, как видишь, а ты идиотничаешь. И ты тоже просрал Алекс, только я сделал это сам того не желая, а ты оказался дауном.

– У нас разные ситуации.

– Вы разругались, и что? Что мешает тебе поднять задницу и пойти к ней? Ты идиот, потому что сам её оставил, а теперь сопли на кулак мотаешь.

– Алекс осталась той Алекс, которую не приручить.

– Заведи собаку.

Выгнув бровь, я уставился на Джареда, после чего закатил глаза и скрестил руки под грудью.

– Что за бред?

– Хочешь кого-то приручить – заведи собаку.

Покачав головой, я пододвинул тарелку и взял вилку, начав медленно засовывать салат в рот. Телефон снова зазвонил, и на экране высветилось имя девушки, которая до этого прислала мне пару сообщений и сделала звонок. Не знаю, для чего я это начал, но понимание того, что я пытаюсь забить ту дыру в сердце, медленно приходит к сознанию.

– Хочу сделать ДНК.

Овощи встали поперёк горла, когда я поднял глаза на Джареда, который поясницей упирался в столешницу и, скрестив руки, смотрел на меня.

Еле как, откашлявшись, я сделал глоток сока. Джаред даже не пытался помочь мне хотя бы постукиванием по спине, он молча ждал, когда я приду в чувство или же откинусь у него на глазах. Даю сотню баксов, он бы даже пальцем не пошевелил до тех пор, пока моё лицо не приобрело один или несколько оттенков флага ЛГБТ. Хотя, даже в таком случае, он мог только пнуть меня ногой и пойти по своим делам. Сейчас я желаю двинуть ему, потому что у него даже в голову не должны закрадываться такие сомнения. Мэйс и Мэди сто процентов его, даже слепой подтвердит.

– Что за дерьмо, Картер? Это твои дети, – с гневом прорычал я.

– С тобой, идиот. Сомневаюсь, что такой тюфяк может быть моим братом. Лизи и дети всегда будут моими, и я знаю, что они от меня, поэтому не отпущу тех, кого люблю, в отличие от тебя.

– Я сам решу.