Я хочу к тебе

– Мы же только прилетели и не успели отдохнуть!

– И что? – возражает она.

Да, действительно, сложно придумать аргументы против «и что?». Ради всего святого, разве существует такой человек, который в первый же день готов вломиться куда-то? Существует и она напротив меня.

Я иронично вздыхаю и буровую глазами подругу. Она отвечает встречным выразительным взглядом.

Часто люди приходят к мнению, что мы являемся сёстрами. У нас одинаковый рост, примерно пять с половиной дюймов, оттенок волос, хотя мой чуть светлее, напоминает молочный шоколад, а вот у Алекс темный.

Мои глаза имеют карий оттенок, подруга наделена ярко зелёными. Её грудь чуть больше моей и несмотря на такой факт, лифчик мы носим одного размера, как и одежду. Разве не прекрасно? Можно обмениваться абсолютно всем, собственно, так временами происходит. Конечно, исключаем нижнее бельё.

– Хочу поспать пару часов, иначе вырублюсь где-нибудь по дороге, и вам придётся оставить меня в машине.

Алекс указывает на дверь на правой стороне.

Вероятно, та, откуда появился Том – принадлежит ей.

Я снова глупо улыбаюсь, когда переступаю её порог.

Комната не такая уж большая, но мне по душе простота и минимализм, поэтому я рада кровати, парочке тумбочек по обе её стороны и шкафу, где уместится одежда. Гамма цветов моей новой спальни соответствует общей гостиной. Стены, выкрашенные в цвет мокрого асфальта – моего любимого оттенка серого – впечатляют. Над каждой тумбочкой разместилось по ночнику. Кроме того, размеры кровати воодушевляют спать на ней в форме бабочки, это ли не счастье?

Я пробегаюсь пальцами по мягкому изголовью кровати белого цвета и втягиваю аромат новой жизни.

Том оставляет мой чемодан у двери и закрывает дверь. И я тут же запускаю руки внутрь, нашарив рамки, которые взяла с собой.

Улыбка автоматически расцветает на губах.

На первом снимке я и Алекс в пятилетнем возрасте, наши лица озаряют широкие улыбки. Фото сделал папа, когда мы играли с разбрызгивателем и в ту самую секунду были мокрые от макушки до пят.

На второй родители и я. Тогда мы встретили мои шестнадцать, папа обнимал меня и маму так, словно мы вся его вселенная. Её губы покоились на его щеке, я же над чем-то смеялась. В памяти океан воспоминаний, но почему-то именно эти фотографии всегда путешествуют со мной.

Упав на кровать, я набираю номер мамы и прижимаю телефон к уху.

– Привет, солнышко, – доносится после первого гудка, посылая тепло в самые глубокие уголки сердца.