Наше вечное вчера

Вываливаю на них тот день от и до, не упуская даже то, что Сид был лучшим другом Мэйса. Это словно поток воды, который не держится и вырывается наружу. Мой рассказ похож на то, будто я пытаюсь освободиться и искупиться перед самой собой. Я не забегаю дальше, пересказывая именно тот день и не углубляясь в то, что было после. Я не готова делиться этим с кем-то, как будто внутри стоит барьер. И я не рассказываю ничего по части Мэйса, его имя практически не фигурирует. В конечном счёте, резко прерываюсь, потому что дальше слова не торопятся вырываться, словно кто-то поставил табличку стоп, которой я послушаюсь.

Девочки ещё несколько секунд молчат, смотря на меня и обрабатывая информацию в собственной голове, пока я пытаюсь захлебнуться водой из бутылочки. В горле сухо, у меня появилось истощение за несколько минут. Мне никогда не было так страшно открываться перед кем-то, даже перед подругами, ведь мы познакомились и начали общаться в университете. Но я пустила их в свою жизнь и привязалась, доверившись людям снова.

Следующая неожиданность ждёт уже нас, когда Анна с широко распахнутыми глазами и белым лицом выдаёт:

– Я сплю с Блейком.

– И кто это? – насмешливо интересуется Тара.

– Профессор.

– Ты можешь быть конкретней, Баттерфилд?

– Витман.

Моё лицо вытягивается точно так же, как и лицо Тары. Мы переглядываемся и недоверчиво смотрим на Анну, которая, кажется, на нервах начала барабанить ладонями по обложке книги.

– Что!? – громким шепотом переспрашивает Тара.

– Тебе объяснить получше? – фыркнув, тихо бурчит Анна.

Тара вдруг начинает смеяться, и я тоже, разве теперь нервно.

– Поэтому ты не пропускаешь его лекции? – хохочет подруга.

– Очень смешно, Эшер, – продолжает ворчать Анна. – Он убьёт меня, если пропущу его лекции.

Тара игриво подмигивает ей.

– Или отшлепает.

Из моего смеха исчезает нервоз, я начинаю хихикать вместе с Тарой, но резко прекращаю и приглядываюсь к Анне.

– Подожди… ты думала, Мэйс – это Витман?

– Не напоминай, – морщится она. – Я столько всего выслушала потом. Больше никогда это не воспоминайте и не обсуждайте в его присутствии, иначе найдёте мой труп. Он терпеть не может твоего брата.

– Это не новости и взаимно. Он в любимчиках Мэйса, которых любит выводить.

– Ладно, вернёмся к тебе, – вздохнув, говорит Тара, обращаясь ко мне. – Что сейчас? Сейчас он нравится?

Тяжело выдыхаю.