Рождение дракона

Когда начало темнеть и компания разделилась, Лекси и Кельвин позвали меня и Данте в бургерную на границе пляжа, и мы охотно согласились.

Я сидела рядом с Лекси, пережевывая жирную картошку фри и потягивая манговый смузи. Мне никогда не доводилось прежде испытывать ничего подобного, как и моему желудку, хотя наш пищеварительный тракт мог справиться практически со всем. Я не могла не удивляться. Так вот какими были обычные подростки! Так вот как должно проходить лето! Песок, солнце, волейбол и фастфуд. Никаких наставников.

Никаких экзаменаторов с их холодными руками и ледяными глазами, следящими за каждым нашим шагом. Две доски для серфинга, которые я заметила раньше, лежали на столе рядом с нами. Они принадлежали Лекси и Кельвину, и ребята предложили научить меня серфингу. Да, можно сказать, что мой первый день в качестве человека прошел замечательно.

Но затем, сидя за столиком на летней площадке и наблюдая за солнцем, утопающим в океане, и за небом, на котором начали появляться звезды, я почувствовала странное покалывание в затылке.

Точно такое же чувство, неприятное и сковывающее, возникало, когда за мной наблюдали экзаменаторы. Я всегда ощущала, если меня кто-то пристально рассматривал.

Я развернулась на сиденье, чтобы осмотреть парковку, но не заметила ничего необычного. Две девушки двигались по направлению к своему «Камаро» с напитками в руках. Семья с двумя малышами направлялась к двери. Никто из них на меня не смотрел. Тем не менее странное ощущение в затылке никуда не исчезало.

И затем на парковку на мотоцикле въехал дракон.

Конечно же, он был не в своем истинном обличье. Искусство превращения, или же принятия человеческого облика, было настолько распространенным, что каждый дракон знал его как дважды два. Все представители нашего вида умели превращаться, а тех, кто не мог, этому быстро учили, или же на них начинал охоту Орден Святого Георгия – ужасная секта, члены которой убивали драконов, и их единственной целью было наше истребление. Превращение в людей оставалось нашей лучшей защитой от геноцидальной политики охотников на драконов и от мира ничего не подозревающих смертных.

Никто из нас не разгуливал просто так по улицам в истинной форме, если, конечно, не хотел распрощаться с жизнью.

Итак, на краю парковки непринужденно остановился дракон в человеческом обличье, и эта его человеческая форма, как и наша, тоже была выдающейся. Он был немного постарше меня и Данте. Стройный, высокий, с растрепанными черными волосами.