Железная дочь

Не понимаю, чего ты так упрямишься, разве что тебе есть что скрывать, а? Кого ты защищаешь, полукровка?

Температура становилась невыносимо низкой. Мороз пробирал до костей, и мое тело сжималось в комок. Дрожащие руки в конце концов опустились.

– Эша… – прошептала я, но в этот момент лед, сковавший меня, раскололся. Со звуком бьющегося фарфора он рассыпался на тысячи кристаллов, блестевших в тусклом свете дня. Вскрикнув, я отшатнулась и освободилась из ледяных объятий, когда из тени выскользнула другая худощавая фигура.

– Эш! – Роуэн улыбнулся, когда его брат подошел к нам, и сердце мое подпрыгнуло в груди. На мгновение мне показалось, что серые глаза Эша потемнели от ярости, но, когда он шагнул ближе, я поняла, что ничего не изменилось – такой же холодный, отстраненный, со скучающим видом. – Какое совпадение! – продолжил Роуэн, по-прежнему самодовольно ухмыляясь. – Присоединяйся, братишка! Мы как раз о тебе говорили.

– Что ты делаешь, Роуэн? – вздохнул Эш раздраженно. – Мэб велела не беспокоить полукровку.

– Я? Беспокою ее? – Роуэн посмотрел на Эша недоверчиво, округлив глаза с показной невинностью. – Да я сама безобидность! Так, увлекательно беседуем. Да, принцесса? Может, расскажешь ему, что сказала и мне?

Серебристые глаза Эша устремились в мою сторону, тень сомнения блеснула в них. Губы мои раскрылись сами собой, и я снова зажала рот руками, пытаясь остановить поток слов. Встретив его взгляд, я покачала головой, глядя на него умоляюще.

– Да ладно тебе, принцесса, не стесняйся! – промурлыкал Роуэн.

 – Кажется, тебе есть что рассказать про нашего дорогого Эша. Ну же, смелее!

Я посмотрела на Роуэна, желая отправить его куда подальше, но испытывала такую сильную тошноту и головокружение, что мне потребовались все усилия, чтобы просто удержаться на ногах. Взгляд Эша стал жестким. Отойдя от меня, он наклонился и достал что-то из снега.

Это было яблоко, которое я уронила, откусив от него один-единственный кусок – как отравленное яблоко Белоснежки.

Только теперь это был не сочный фрукт, а большая пятнистая поганка с белыми, цвета кости, пятнами. Желудок мой сжался, меня едва не вывернуло наизнанку.

Эш поднял гриб, но ничего не сказал, лишь взглянул на Роуэна, приподняв бровь. Роуэн вздохнул.

– Мэб не говорила буквально, что нельзя использовать пляши-язык-развяжи, – сказал Роуэн, пожимая худыми плечами. – Кроме того, думаю, тебе будет особенно интересно послушать, что скажет наша Летняя принцесса.