Жрица Итфат + Тафти жрица + Трансерфинг реальности. Ступени I, II, III, IV, V

Ты особенная, так и есть. Вот скажи мне, что ты видишь? Как ты сейчас видишь реальность?

– Ой, Фати, я вижу, что мы рыбки в аквариуме, а за стеклом открытое море, в которое нам никак не перебраться.

– Нет, здесь не аквариум. Море и с той стороны, и с этой, одинаковое, понимаешь?

– Как это одинаковое?

– Не могу объяснить, просто знаю, что и там, и здесь, одинаково. В каком-то зеркальном смысле. А нам требуется отразиться наоборот.

– Ты, как обычно, говоришь загадками, Фати.

– Мне надо кое-что вспомнить.

– А нельзя ли об этом спросить, ну, у того, которого ты называла Преддверием?

– Давай попробуем. Преддверие, где ты? – воскликнула Итфат. – Ты здесь?

В тот же миг поднялся ветер, который будто веял со всех сторон.

– Я везде и повсюду, везде и повсюду… – отозвался чей-то шепот.

– Скажи, как нам пробраться сквозь зеркало? – спросила жрица.

– Вспомни свое имя, жрица-жрица! – ответило Преддверие.

– Но ты же само сказало, как меня зовут! Разве я не Итфат?

– Вспомни свое второе имя, и постепенно Знание вернется к тебе!

– Постепенно…? – только и успела вымолвить Итфат, но ветер внезапно стих, и шепот больше не откликался, как ни старались подруги его призвать.

– Немногословный у тебя советник, – заметила Матильда.

– Да, разъяснений от него не дождешься, – сказала Итфат, – но за его словами всегда что-то кроется, что-то важное.

– А что означает второе имя? Тебе это о чем-нибудь говорит?

– Нет, понятия не имею. Знаю только, что имя Итфат мне показалось как бы моим, и не моим в то же время.

– Ну вот, опять сплошные загадки.

– Придется как-то самим выкручиваться. Но видишь, если Преддверие что-то пообещало, значит, есть надежда.

– Фати, нам теперь самое время взглянуть на твою реальность, может там что-нибудь прояснится, – предложила Матильда.

– Да, надо-надо.

– Тогда начинай, скорей-скорей!

Жрица сосредоточилась и устремила пристальный взгляд в сторону зеркала. Глаза ее, казалось, смотрели в никуда, зато на лице проявились демонические черты, выдававшие незаурядную и сильную натуру, скрывавшуюся под хрупкой внешностью.

Зеркало превратилось в черный экран. Через несколько мгновений на нем стали возникать всполохи всех цветов радуги, а затем постепенно начала вырисовываться картина необычайно красивой местности. Судя по всему, был теплый летний вечер. Солнце уже зашло, но небо озарялось сиянием с переливами зеленого и синего света.