Железный король

Настоящие фейри совсем не такие. – Он замолчал на секунду. – Ну, кроме пикси, конечно, но это другое дело.

Я покачала головой, прогоняя рой терзающих меня мыслей.

– Мне сейчас не до этого, – пробурчала я, отступая назад. – Нужно проверить Итана.

Робби просто пожал плечами и, прислонившись к стене, закинул руки за голову. Последний раз взглянув на него, я побежала вверх по лестнице и открыла дверь в спальню Итана.

Там царил полный беспорядок; комната представляла собой зону боевых действий из сломанных игрушек, книг и разбросанных вещей.

Я огляделась в поисках Итана, но комната оказалась пустой, и тут я услышала слабый скрежещущий звук под кроватью.

– Итан? – Опустившись на колени, я убрала сломанные игрушки и разбросанные деревянные кубики и заглянула под кровать. Там в тени виднелся маленький комочек, сжавшийся в углу спиной ко мне. Он дрожал.

– Итан? – позвала я ласково, – ты как, милый? Может, выйдешь на минутку? Я на тебя совсем не злюсь. – То была ложь, но я была скорее потрясена, чем рассержена.

Мне хотелось потащить Итана вниз и доказать Робби, что он не тролль, не подменыш, или как он его там назвал.

Комочек слегка зашевелился, из-под кровати раздался голос Итана:

– Страшный дядя уже ушел? – спросил он слабым испуганным голосом. Я бы пожалела его, если бы не пульсирующая боль в ноге.

– Да, – солгала я, – ушел. Можешь выходить. – Итан не двинулся с места, и я не выдержала. – Итан, это смешно. Выходи уже, ладно? – Я просунула голову под кровать и потянулась к нему.

Итан повернулся и, зашипев, с горящими ярко-желтыми глазами бросился на мою руку. Я отшатнулась, и его острые, как у акулы, зубы клацнули с жутким щелчком. Итан зарычал, его кожа посинела, как у утопленника, оскаленные зубы блестели в темноте. Взвизгнув, я попятилась назад, болезненно наступая ладонями на кубики «Лего». Стукнувшись о стену, я вскочила на ноги и, развернувшись, выбежала из комнаты.

И налетела на Робби, стоявшего за дверью.

Он схватил меня за плечи, и я закричала и начала его лупить, с трудом осознавая, что делаю.

Он молча вытерпел мою атаку, не выпуская меня, пока я наконец не уткнулась лицом ему в грудь. Он держал меня в объятиях, пока я рыдала от страха и гнева.

Наконец, слезы кончились, я была полностью истощена и выжата как лимон. Шмыгнув, я попятилась, вытирая ладонью глаза и дрожа. Робби по-прежнему был спокоен, его рубашка была влажной от моих слез. Комната Итана была закрыта, но за дверью слышались слабые удары и хихиканье.