Железный король

– Ну… – Роб в нерешительности почесал затылок. – Единственный другой способ – это отправиться в мир фейри и вернуть его. Возвращение настоящего ребенка в дом заставит подменыша уйти. Но… – Он замолчал, словно хотел что-то сказать и вовремя спохватился.

– Но что?

– Ты не знаешь, кто его забрал. А без этого будешь просто ходить по кругу. Да будет тебе известно, ходить кругами в Фейриленде – плохая идея, очень плохая.

Я прищурилась.

– Я не знаю, кто его забрал, – согласилась я, пристально глядя ему в глаза, – но ты знаешь.

Робби нервно заерзал:

– Есть у меня одно предположение.

– Кто?

– Просто догадка, я могу ошибаться. Не спеши с выводами.

– Робби!

Он вздохнул:

– Неблагой Двор.

– Чего?

– Неблагой Двор, – повторил Робби. – Двор Мэб, Королевы Воздуха и Тьмы. Заклятые враги короля Оберона и королевы Титании. Очень могущественные и очень противные.

– Стой, стой, стой! – Я подняла руки в воздух. – Оберон? Титания? Типа как «Сон в летнюю ночь»? Это же древние мифы?

– Древние, да, – ответил Робби.

 – Мифы – нет. Повелители фейри бессмертны. Те, о ком слагают песни, баллады и повести, не умирают никогда. Вера, поклонение, воображение – мы рождены из снов и страхов смертных; и покуда нас помнят, хоть немногие, мы будем существовать всегда.

– Ты все время говоришь «мы», – отметила я. – Будто ты один из этих бессмертных фейри. Будто ты один из них. – Робби улыбнулся гордой озорной улыбкой и сглотнул. – Кто ты такой?

– Что ж, ладно. – Робби пожал плечами, пытаясь выглядеть скромно, но ему это не удалось.

 – Если ты читала «Сон в летнюю ночь», то можешь помнить меня. Там произошел такой совершенно незапланированный, весьма прискорбный инцидент, когда я заменил голову одного из персонажей ослиной головой, а потом сделал так, чтобы Титания влюбилась в него.

Я мысленно прокручивала пьесу в голове. Я прочла ее в седьмом классе, но большую часть уже позабыла. Там было много персонажей и так много имен; люди влюблялись и ненавидели так часто, что просто смешно.

Несколько человеческих имен я все же вспомнила: Гермия, Елена, Деметрий; из фейри – Оберон, Титания…

– Вот черт, – прошептала я, откинувшись спиной к стене. Я взглянула на Робби по-новому. – Робби Плутфил. Робин… ты Плутишка Робин!

Робби усмехнулся:

– Зови меня Пак.

Пак. В моем доме был тот самый Пак.

– Не может быть, – прошептала я, качая головой. Это Робби, мой самый близкий друг. Я бы знала, если бы он был древним фейри.