Железный рыцарь

Ты все еще хочешь стать человеком? Ты по-прежнему хочешь быть с Меган Чейз?

Медленно вздохнув, я попытался угомонить неспокойный ум. И не смог ответить; не когда много лет пробывшая мертвой любимая стояла в нескольких метрах и смотрела прямо на меня. Ни сказав ни слова, я развернулся и ушел из ущелья, обратно в туманную Лощину и тишину собственных мыслей. Я ощущал, что Ариэлла провожала меня взглядом, но решила не следовать за мной.

Я добрел до места, где Ариэлла умерла, где лежал скелет огромной свернувшейся виверны, и собрался переварить все произошедшее.

Она была жива. Все это время она была жива, знала, что со мной происходит, наблюдала, но не могла связаться. Она столько лет провела в одиночестве. Наверняка ужасно страдала. Окажись я в подобной ситуации в роли наблюдателя, понимавшего, что она влюбится в другого, я бы лишился рассудка. И тут в голове возник вопрос: а не дожидалась ли она этого дня, когда я вернусь на это место, с надеждой, что мы снова станем парой?

Однако у меня появилась другая.

Она ждала меня, знала мое Настоящее Имя и могла рассчитывать на мою преданность. Я дал ей обещание.

Я ощутил присутствие Пака за моей спиной, но не повернулся.

– Невероятно, правда? – пробормотал он, остановившись рядом со мной. – Кто бы мог подумать, что она все время находилась здесь? Если бы я знал… – Он вздохнул, скрестил руки на груди и понизил голос. – Все бы сложилось совсем иначе, не так ли?

– Откуда ты знал? – спросил я, не удосужившись посмотреть на него, и почувствовал, как он озадаченно нахмурился.

 – Откуда ты знал, что я тебя не убью?

– Я не знал, – признался Пак с деланой веселостью. – Просто очень, очень надеялся, что не убьешь. Думается мне, вышло бы крайне паршиво. – Он подошел ближе и тоже уставился на мертвую виверну. Следующие произнесенные им слова прозвучали гораздо мягче. – Так теперь этому недоразумению между нами конец?

Так и не одарив его взглядом, я едва слышно ответил:

– Ариэлла жива. А значит, клятва расторгается… Мне не нужно мстить за ее смерть.

И если так и есть, тогда… да. – Я замолчал, силясь понять, не вызывает ли сказанное отторжения, могу ли я произнести то, что хотел озвучить на протяжении десятилетий. Будь это ложью, у меня бы ничего не получилось. – Все кончено.

Кончено.

Пак вздохнул, откинул голову, провел рукой по волосам и выдавил улыбку от уха до уха. Я покосился на него.

– Это не значит, что у нас все наладилось, – предупредил я его скорее по привычке.