Маленькая кондитерская в Бруклине

И что еще лучше, она надела свою любимую кобальтово-синюю льняную рубашку, которая чудесно оттеняла ее глаза, и обрезанные шорты, подчеркивающие ее ноги, которые, помимо прически (в такие дни, как сегодня, когда волосы вели себя послушно), определенно были самым большим достоинством ее внешности.

Нет, конечно, даже если потратить время на себя, ей не сравниться с его золотым сиянием. Неудивительно, что у него целый гарем женщин, задыхающихся от желания поговорить с ним по телефону.

– Доброе утро, Тодд, – откликнулась Софи подчеркнуто сухо и деловито.

И плевать на внезапный глупый трепет. Это все гормоны. Не что иное, как гормоны. Нормальная здоровая реакция. Она же не девчонка, чтобы терять голову. Она слишком благоразумна, а после Джеймса – просто бастион одиночества и свободы от отношений.

– Сколько у нас коробок?

Тодд ухмыльнулся, в глазах у него плясали искорки, он встретил ее взгляд. Трепет в груди усилился, и ей пришлось сделать еще один вдох.

– Всего две. – Девушка ответила ему небрежной, вежливой улыбкой, мол, «видишь-твоя-тысячеваттная-харизма-не-действует».

– Отлично. – Его улыбка ни на йоту не поблекла. – Моя машина стоит в неположенном месте за углом. Ты легко ее увидишь. – Он уже отвернулся, чтобы пойти к машине, но бросил через плечо: – Заберу вот эти, если ты принесешь остальные.

Чтобы успокоиться, Софи сделала глубокий вдох, глядя ему вслед. Боже, он и сзади красив. Широкие плечи, сужающиеся к тонкой талии, и этот… да, этот зад. Что, черт возьми, с ней такое? Так объективировать беднягу… Она мысленно устроила себе выволочку.

И вернулась на кухню за двумя последними коробками.

– Вот квитанция. Ее нужно отдать клиенту. За капкейки уже заплатили. Удачи, и постарайтесь не рисковать. Убедись, что Тодд поведет медленно и осторожно, как старуха. У меня такое чувство, что весь заказ сглазили.

– Белла, не волнуйся. Я буду охранять их ценой собственной жизни. – Девушки обменялись понимающими улыбками. Закончили они вчера очень поздно ночью.

С двумя коробками в руках Софи повернула за угол и остановилась как вкопанная.

Тодд был прав, его машину трудно не заметить. Все ее предположения о предпочтениях Тодда между BMW и Mercedes мгновенно улетучились. Ей пришлось замедлить шаг, чтобы дать себе время сделать непроницаемое лицо. Софи не хотела ранить его чувства, но ей потребовалось несколько секунд, чтобы скрыть удивление. Машина была ужасная, без сомнения, самая неряшливая и старая, которую она когда-либо видела.