Маленький чайный магазинчик в Токио

«Ага, задание избавиться от меня», – предположила она, наблюдая за его широкими плечами: он шел, опережая ее на несколько шагов, при этом отчетливо давая понять, как сильно ему не хочется здесь находиться.

Фиона шла за ним, но совершенно не представляла, где они сейчас территориально, и это чувство дезориентации ей не нравилось. Оно вызывало у нее неприятный и нервирующий страх потери контроля. Она очень далеко от дома. Шестнадцатичасовой полет в уютном самолете смягчил осознание расстояния, которое она преодолела.

Теперь реальность ошеломляла: она видела незнакомую архитектуру, странные дорожные знаки, огромное количество проводов над головой (чего не встретишь дома), и фонарные столбы, которые больше походили на витиеватые скворечники. Совершенно не похоже ни на одно место, где она когда-либо побывала… Хотя улица была широкой, дома подходили вплотную к краю дороги, а у дверей стояли горшки с растениями, словно компенсируя отсутствие палисадников. Все, казалось, было сделано из дерева, за исключением темно-зеленых черепичных крыш, которые круто спускались, создавая небольшой навес.

Она остановилась, чтобы рассмотреть бамбуковые занавески на окнах, Гейб тоже встал и подождал, пока она его догонит.

– Этот район в таком традиционном стиле. Домам тут, наверное, лет двести.

– Мне так нравится, что все здесь деревянное, – сказала она, очарованная зданиями, хотя они символизировали огромное расстояние до родного дома.

– Суги. Японский кедр, – ответил он, продолжая двигаться на несколько шагов впереди нее.

Увидев его удаляющуюся спину, Фиона ускорила шаг, боясь отстать. Гейб свернул направо, на другую, более узкую улицу, и остановился, ожидая Фиону у витрины магазина.

С улыбкой она посмотрела на большое квадратное окно в деревянной раме, нечто среднее между эркером и балконом. Окно украшал вьющийся жасмин, а внутри – великолепная, хотя и минималистическая, экспозиция чайников с изящными носиками и традиционными чашечками с красивой глазурью. Под окном стояло несколько больших горшков с листовыми камелиями – темно-розовые бутоны готовы были вот-вот распуститься.

– Как же невероятно красиво! – выпалила она, жалея, что под рукой нет фотоаппарата.

– Привыкай… Это чайная Харуки; она и профессор Кобаши живут наверху, где ты и остановишься.

Фиона в восторге захлопала в ладоши:

– Как здорово!

Еще некоторое время она изучала выступающую над окном зеленую черепичную крышу, что загибалась по краям, будто султанские тапочки.