Древнегреческая философия

Элейская школа

Если милетцы и пифагорейцы создали дихотомию материализм/идеализм, то элеаты, оппонируя Гераклиту породили другую категорию дихотомии изменчивость/постоянство. Если Гераклита кидало в одну крайность, где вообще всё изменяется, то Парменид говорил прямо противоположное – ничто не изменяется. Парменид ученик Ксенофана здесь вводит новые важные понятия, утверждая, что ничто не может стать чем-нибудь и нечто не может превратиться в ничто. С одной стороны, в таком ракурсе он подчеркивает нереальность перехода одной категории в другую, небытия в бытие.

Но такая позиция, однако, тоже не объективна, т.к. отрицает изменение в принципе, что неверно. Рассмотрим всё по порядку.

Философия Ксенофана для нас важна тем, что он первым начал здравую критику пантеизма. Он упрекал современников за то, что они приписывают богам поступки, которые у людей считаются предрассудительными и позорными. Позиция Ксенофана ясна, с его точки зрения крайне нелепы антропоморфные боги.

Он считал, что языческие боги древних греков выдуманы человеком, который приписал им собственные поступки. При это сам Ксенофан не отрицает божественной сути мира, он считает, что существует единый бог. При этом он до конца не избавился от греческого пантеизма, в его понимании единый бог статичен, охватывает весь мир и является этим миром. Философ практически приближается к монотеизму, но ещё только в натурфилософском понимании природы вещей, не отделяя физические законы мира от божественного действия.

В принципе мы можем заключить, что Ксенофан справедливо бичевал поэтов, которые отождествляли деяния богов с деяниями людей, тем самым подчеркнув глупость греческих пантеонов, их выдуманность из явлений природы и самого человека, которые обожествлял для себя всё необыкновенное и не познанное. Но сам Ксенофан – язычник. Он не сумел отойти от концепции представлений о боге как о шаре, охватывающим всю планету. Критикуя же естественный ход вещей как борьбу противоположностей, он отстаивает радикальную позицию сплошного постоянства, за что сам справедливо подвергается критике и насмешкам.

Исходя из описаний жизни, Ксенофана можно назвать настоящим философом, ведь он не стремился к богатству, был безжалостен к праздным в своих сатирических стихах, был погружен в созерцание идей. Будучи осторожным, не спешил называть свои идеи истинными, утверждая, что ничего нельзя знать достоверно.